Из истории преподавания философии в Московском городском университете им. А.Л. Шанявского | История «Миусс» | История «Миусс»

 

О проекте О проектеКонференции КонференцииКонтакты КонтактыДружественные сайты Дружественные сайтыКарта сайта
Главная История «Миусс» Из истории преподавания философии в Московском городском университете им. А.Л. Шанявского  
Из истории преподавания философии в Московском городском университете им. А.Л. Шанявского
А.Ю. Юрчикова, доц., канд. ист. наук

Как и в большинстве народных университетов, при создании Московского городского народного университета им. A.Л. Шанявского в его структуре было предусмотрено образование Академического отделения, которое являлось учебным заведением, дающим систематическое научное образование лицам со средним образованием. Внутри отделения учебные курсы были распределены по группам, среди которых выделялась группа общественно-философских наук. В рамках курса общественно-философских дисциплин уже с самого начала работы университета предполагалось чтение двух больших лекционных циклов – общественно-юридического и историко-философского. Отметим, что среди гуманитарных дисциплин наибольшее внимание сперва было обращено на цикл правовых дисциплин, дававших конкретные необходимые знания. И если курс общественно-юридических дисциплин начали читать слушателям университета с первого года его существования, то историко-философский курс сложился не сразу.

В 1908/1909 учебном году, несмотря на то, что историко-философские дис-циплины были выделены в особую группу, реально в университете был прочитан курс «Философия и ее задачи». Примечательно, что этот курс был отнесен к категории «эпизодических» курсов, которые не включались в учебный план, и само их существование было весьма недолговременным.

В следующем 1909/1910 учебном году в университете появилась историко-философская группа предметов, рассчитанная на два года. И даже был поставлен вопрос о создании в университете двух факультетов – естественно-исторического и общественно-философского. Но вопрос этот так и остался на уровне обсуждения. И на практике в преподавании гуманитарных наук по-прежнему ведущую роль занимали правовые дисциплины. Правда, появился уже не «эпизодический» курс по истории древней философии, который читал приват-доцент А.В. Кубицкий. Практических же занятий по философии не было вообще.

С 1910/1911 учебного года преподавание философии в университете начинает активно развиваться, что было связано не только с намерениями руководства университета, но и с интересом к философии в русском обществе в целом, с приходом в университет новых преподавателей.

Начало века в России характеризовалось широким поворотом в академических и университетских кругах от позитивизма и материализма к философскому идеализму. Не менее характерной чертой этого времени стали искания интеллигенции, которые дали основание многим историкам определить этот период как новое «религиозное возрождение». Всеобщее увлечение марксизмом в этот период закончилось. Интеллигенция искала новое мировоззрение, мировоззрение идеалистическое. Этот поиск шел в нескольких направлениях. С одной стороны, интеллигенция пыталась вернуться в Церковь. Но при этом, как заметил С.Н. Булгаков, «легче всего интеллигентскому героизму, переоблачившемуся в христианскую одежду и искренне принимающему свои интеллигентские переживания и привычный героический пафос за христианский праведный гнев, проявлять себя в церковном революционизме, в противопоставлении своей новой святости, нового религиозного сознания неправде «исторической – Церкви». Подобный христианствующий интеллигент, иногда неспособный по-настоящему удовлетворить средним требованиям от члена «исторической Церкви», всего легче чувствует себя Мартином Лютером или, еще более того, пророчественным носителем нового религиозного сознания, призванным не только обновить церковную жизнь, но и создать новые ее формы, чуть ли не новую религию». Не останавливаясь специально на этой проблеме, которая не является целью данной работы, отметим, что путь к Церкви не был единственным среди тех путей, по которым шла русская интеллигенция начала ХХ века в поисках новых истин. Более того, гораздо ближе ей оказался путь научного познания действительности. И именно распространение подобных настроений в среде интеллигенции способствовало росту интереса к философии, к проблемам познания мира и человека. И особый интерес вызывали идеалистические философские концепции, которые, в конечном итоге были ближе и понятнее представителям интеллигенции, чем религиозные строения. Правда, такой поворот в общественной мысли не был явлением массовым и определяющим развитие общественного мировоззрения в начале ХХ века. Об этом еще в 1903 году сказал Г.И. Челпанов, отметив, что интерес и внимание к идеализму говорят скорее о личном доверии к тем писателям, которые его провозглашают, чем о серьезной готовности общества в целом изменить укоренившемуся у нас философскому позитивизму и разным формам философского идеализма. «Впечатление такое, как будто перед обществом поставлен настоятельный вопрос: где истина, в идеализме или позитивизме? Но общество не готово к ответу. Еще не распахана та нива, на которой семя идеализма могло бы принести обильные плоды. Этим воспользуется позитивизм, чтобы удержать за собой господство» [1]. И именно на фоне меняю-щихся общественных настроений и под их влиянием продолжается становление преподавания философии в университете Шанявского.

В 1910/1911 учебном году в университете Шанявского начинает читать курс Логики Густав Густавович Шпет (1879–1937). Г.Г. Шпет в 1906 году окончил философское отделение университета Св. Владимира в Киеве, а в 1907 году переехал в Москву и начал работать в только что созданном Психологическом институте. В 1910 году он стал приват-доцентом Московского университета и начал читать лекционные курсы в гимназии Алферовой, на Высших женских курсах, в университете Шанявского. В 1912–1913 гг. Шпет прервал свою работу в Москве, так как этот учебный год провел, занимаясь у Гуссерля в Геттингене. Этот год можно с полным правом назвать последним годом становления Г.Г. Шпета как философа. И вернувшись в Москву, он возобновил свою работу в университете Шанявского, но вместо курса логики начал читать историю новейшей философии. Центром философских исканий Шпета стал поиск нового подхода к философии, которая была для него в первую очередь воплощением научного знания. Годы работы в университете Шанявского совпали с работой Г.Г. Шпета над магистерской диссертацией «История как проблема логики», которая была защищена в Московском университете в 1916 году. В предисловии Шпет с удивительной четкостью сформулировал свое отношение к историческому материализму, который зачаровывал «радикализмом и простотой того решения исторической проблемы» [2], которое он обещал, но «более углубленное изучение истории... Наглядно обнаруживало ту бедность и ограниченность, которые вносились в науку кажущейся простотой его схем» [3].

Методология истории привлекала не только Г.Г. Шпета, развивавшего свои идеи в лекционных курсах. С наибольшим вниманием проблемы исторической методологии начинают изучаться в университете Шанявского с приходом в него в 1911/1912 учебном году В.М. Хвостова, который начинает читать курс «Теория исторического процесса и методология истории». Занятия у А.В. Кубицкого, Г.Г. Шпета, В.М. Хвостова достаточно активно посещались, но особую популярность среди занятий по философии приобрели занятия у кн. Е.Н. Трубецкого и С.Н. Булгакова.

Е.Н. Трубецкой пришел в университет Шанявского в 1911–1912 годах в качестве руководителя семинария «Философия Владимира Соловьева», который вскоре расширил свои рамки и превратился в семинарий по русской философии [4]. Занятия у кн. Е.Н. Трубецкого собирали в среднем до 40 человек, причем большинство из них были учащиеся различных высших учебных заведений [5].

Идеалистические и религиозные настроения интеллигенции способствовали росту популярности занятий у С.Н. Булгакова, в 1912–1913 годах руководившего семинаром по философии религии. Доклады на его семинаре делали не только слушатели университета. В 1913/1914 учебном году в работе семинара участвуют начинающие ученые и философы, в том числе Л.В. Успенский, почти никому не известный в те годы Н.В. Устрялов и другие [6].

Развитие идеалистической и религиозной философии в стенах университета Шанявского было отражением настроений в русском обществе в целом, тех настроений, которые дали основание Г.Г. Шпету накануне первой мировой войны сказать, что «безнадежное время изжито, материалистическая эра завершена» [7]. Сейчас можно говорить о том, что эти слова были ошибкой. И о том, что материализм не изжит и не побежден, уже в те годы свидетельствовало развитие преподавания философии в университете Шанявского. Г.Г. Шпет, кн. Е.Н. Трубецкой, С.Н. Булгаков представляли лишь одно из направлений философской мысли, представленное в университете. Руководство университета не придерживалось каких-либо определенных установок и направлений, стремясь сосредоточить в его стенах все наиболее яркое и значительное, объединить людей «разнородных направлений на почве полной академической свободы и терпимости к чужому мнению» [8].

Большое место в преподавании философии в университете Шанявского занимало изучение философии позитивизма. Именно этой теме был посвящен лекционный курс Н.Д. Виноградова «История новейшей философии» [9], а также лекционные курсы и практические занятия, проводимые приват-доцентом А.В. Кубицким. В 1911–1912 годах А.В. Кубицкий вел в университете практические занятия по истории новейшей философии, предложив слушателям подробное изучение работ Декарта и Спинозы. При этом А.В. Кубицкий ставил своей задачей показать как рационалистические воззрения, в частности у Спинозы, приводят к идеализму, что и являлось, по мнению Кубицкого, наиболее существенным недостатком философских систем ХVII века [10].

Наиболее ярким и последовательным сторонником материалистического направления среди преподавателей университета был Вячеслав Петрович Волгин (1879–1962). Выпускник историко-философского факультета Московского университета (окончил в 1908 году), участник студенческих волнений, имевший связи с социал-демократическими кругами, в 1910–1911 годах начинает активно работать в исторической комиссии общества распространения технических знаний. Еще будучи студентом В.П. Волгин начал заниматься историей общественной мысли во Франции ХVIII веке. В 1912 году была опубликована самая значительная из его дореволюционных работ – «Общественные теории ХVIII века во Франции», в которой автор дал классификацию французских общественных теорий ХVIII века и впервые в отечественной историографии наметил различие между эгалитарными и социалистическими концепциями. Контакты с исторической комиссией общества распространения технических знаний способствовали общению Волгина с либеральной московской профессурой (В.И. Пичета, Ю.В. Готье, А.К. Дживелегов, В.Н. Перцев, С.П. Мельгунов и др.), что, вероятно, сыграло определенную роль в привлечении его к работе в Московском городском народном университете им. Шанявского. В 1914–1917 годы В.П. Волгин преподавал в университете Шанявского и на Пречистенских рабочих курсах. В университете он вел практические занятия для студентов по различным темам: история Англии (1914/1915 учебный год), философско-исторические учения XVIII–ХIХ вв. – 1915/1916 учебный год, история конституций в Европе и Америке нового времени (1916/1917 учебный год).

Октябрь 1917 года оказал существенное влияние на преподавание философии в университете в последние годы его существования, наряду с прежними курсами появляются новые, вызванные к жизни «духом времени». Необходимо отметить, что последние годы существования университета отмечены неуклонным ростом дисциплин именно на историко-философском цикле. Появляются лекционные курсы, связанные с историей политических учений, общественных движений и т. п. Так, В.П. Волгин в 1917/1918 учебном году начинает чтение нового специального курса «История социалистических идей», чтение которого сопровождалось практическими занятиями.

Судьбы философов-преподавателей университета Шанявского после Октябрьской революции были различны. Многие из них были вынуждены эмигрировать. Часть из них попала в 1922 году в число высылаемых из России русских профессоров. В числе их был и Г.Г. Шпет, который обратился к А.В. Луначарскому с просьбой, чтобы ему позволили остаться. Его просьба была удовлетворена. В 1923–1929 годах изгнанный из Московского университета Шпет был вице-президентом Российской академии художественных наук, а после разгона академии, зная 17 иностранных языков, зарабатывал на жизнь переводами в издательстве “Academia”. В 1935 году был выслан в Енисейск, затем переведен в Томск, а осенью тридцать седьмого арестован вторично и расстрелян 16 ноября 1937 года [11]. Иначе сложилась судьба В.П. Волгина, который в 1919 году стал одним из создателей факультета общественных наук в Московском университете, его первым деканом, в 1920 году – членом РКП(б), а в 1921 году – ректором МГУ. Скончался В.П. Волгин, будучи вице-президентом АН СССР, признанным специалистом «по истории социалистических и коммунистических идей домарксова периода» [12].

Итак, преподавание философии в университете им. А.Л. Шанявского прошло довольно длительный период становления. Обусловлено это было целым рядом причин. Во-первых, хотя руководство университета и ставило перед собой задачу предоставления высшего образования всем желающим, большинство слушателей стремились приобрести знания, которые могли бы быть применимы на практике в тех областях, где возникла потребность в соответствующих специалистах, и потребность эта была столь велика, что от специалиста не требовался соответствующий диплом. Естественно, философия, при такой постановке вопроса проигрывала на фоне правовых дисциплин.

Во-вторых, философия как никакая другая наука требовала наличия определенной подготовки, которой не имело большинство слушателей университета. Внимание к философским курсам, читаемых известнейшими в то время философами, было обусловлено потребностями русского образованного общества в целом, что подтверждается тем обстоятельством, что семинары по философии посещали студенты других высших учебных заведений и творческая молодежь. Свобода в преподавании, характерная для университета Шанявского, отличавшегося самыми разнообразными подходами и взглядами на проблему, отразилась в чтении философских дисциплин.

Опубликовано: Юрчикова А.Ю. Из истории преподавания философии в Московском городском университете им. А.Л. Шанявского / А.Ю. Юрчикова // Гуманитарные науки / Ред. кол.: А.Н. Тихонов, В.А. Садовничий и др. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1996. С. 205–209.


[1] Отчет о деятельности Психологической семинарии при Университете Св. Владимира за 1902–1906 гг. // Философские исследования. Киев. 1907. Т. 1. Вып. 4. С. 6.

[2] Шпет Г.Г. История как проблема логики. М., 1916. Ч. 1. С. 111.

[3] Там же.

[4] См.: Отчет о деятельности Московского городского университете им. А.Л. Шанявского за 1911-1912 учебный год. М., 1913. С. 47.

[5] Там же.

[6] См.: Отчет о деятельности Московского городского университете им. А.Л. Шанявского за 1913-1914 учебный год. М., 1915. С. 52.

[7] Шпет Г.Г. Явление и смысл. М., 1914. С. 7.

[8] Отчет о деятельности Московского городского университете им. А.Л. Шанявского за 1911-1912 учебный год. М., 1913. С. 11.

[9] См.: Отчет о деятельности Московского городского университете им. А.Л. Шанявского за 1915-1916 учебный год. М., 1916. С. 33.

[10] Там же. С. 50.

[11] См.: Вопросы философии. 1990. № 6. С. 162–164.

[12] Советская историческая энциклопедия. М., 1963. Т. 3. Стб. 662.

 
 

Конференции.
Круглые столы.
Выставки. Презентации
Международный научный симпозиум «Социально-экономическое развитие бывших регионов Российской империи в ХІХ – начале ХХ в.»

Проведение симпозиума запланировано 3–6 апреля 2014 г. в г. Ялта

 
2-я Всероссийская научно-практическая конференция «Сохранение электронной информации в России»
5 декабря 2013 г. в Москве при поддержке Министерства культуры Российской Федерации состоится
 
Олимпиады по истории

Олимпиада РГГУ для школьников 11-х классов

 



Вестник архивиста

Информационная система <<Архивы Российской академии наук>>

Для размещения материалов на сайте обращайтесь на электронную почту rodnaya.istoriya@gmail.com
© 2017 Родная история. Все права защищены.