Стенограмма круглого стола "РГГУ в год Российской истории" | История современной российской исторической мысли: конференции в РГГУ | Конференции, выставки, круглые столы

 

О проекте О проектеКонференции КонференцииКонтакты КонтактыДружественные сайты Дружественные сайтыКарта сайта
Главная Конференции История современной российской исторической мысли: конференции в РГГУ Стенограмма круглого стола "РГГУ в год Российской истории"  
Стенограмма круглого стола "РГГУ в год Российской истории"

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

Институт гуманитарного сопровождения общественных проектов

РГГУ в ГОД РОССИЙСКОЙ ИСТОРИИ

Круглый стол

Москва, 14 февраля 2012 г.

Москва, 2012

Пивовар Ефим Иосифович, чл.-кор. РАН, ректор РГГУ (Историческое знание и историческое образование в системе гуманитарных наук)

Уважаемые коллеги, во-первых, я хочу напомнить, что год назад в этой аудитории состоялась международная научно-практическая конференция «Университетский потенциал исторического знания и исторического образования в контексте современной российской модернизации». Мое выступление на этой конференции было опубликовано (журнал «Новая и новейшая история», 2011, № 4). За этот год многое изменилось. Своеобразие нынешней ситуации состоит в том, что 2012 г. указом Президента РФ Д.А. Медведева объявлен годом российской истории. Это беспрецедентное событие в истории современной России, да и в истории позднесоветской эпохи.

Мне вспоминается Всесоюзное совещание историков 1962 г., состоявшееся полвека тому назад. И вот теперь – вновь привлечение общественного внимания к истории.

Тогда речь шла о создании общества историков, сейчас – о создании в рамках «Года российской истории» Ассоциации общества исторического знания. На сегодняшний день в России существует несколько структур, занимающихся историей. Уже больше двадцати лет Обществу историков-архивистов, есть Союз краеведов России, два года действует Ассоциация учителей истории и обществознания, появилась Ассоциация преподавателей вузов исторического профиля и т. д.

Указ Президента о 2012 г. как годе истории не случаен. Ведь именно на него выпало множество важных юбилейных дат истории нашей страны: 1150-летие российской государственности, 200-летие Отечественной войны 1812 года, 400-летие народного ополчения под предводительством Минина и Пожарского и ряд других.

И для нашей аудитории это очень важный год: 100 лет назад в здании, в котором мы находимся, начал работу Московский городской народный университет имени А.Л. Шанявского. Хотя он существует с 1908 г., вся деятельность его начала осуществляться именно тогда. К сожалению, действовал университет недолго, но многие образовательные идеи и сегодня актуальны и продолжают реализовываться, в том числе в концепциях РГГУ: образование на протяжении всей жизни, образование без ограничения возраста, социальных рамок, пола, вероисповедания, т. е. доступность образования как такового, а также постоянная переподготовка кадров, реализация принципа связи образования и просвещения широких народных масс. К тому же университет имени А.Л. Шанявского был одним из центров российского либерализма и приютом части профессуры Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова в условиях реакционной политики Министерства просвещения тех лет.

Вчера мы открыли год российской истории еще одним юбилеем – 90-летием со дня рождения Юрия Валентиновича Кнорозова, который 60 лет назад (в 1952 г.) расшифровал письменность майя. В РГГУ, как и в далекой Мексике, есть центр им. Ю.В. Кнорозова. Сейчас существует версия, что одна из расшифрованных Кнорозовым рукописей по принадлежности относится именно к тому региону, в котором и находится мексиканский центр. Данная гипотеза требует доказательств, но у нас есть свои основания для празднования этого года.

Я считаю, что объявление 2012 г. годом российской истории свидетельствует о постепенном общественном и государственном осознании важности исторического прошлого страны в сегодняшней России.

Приведу пример из истории нашего университета. Проект РГГУ был порожден сдвигами общественного сознания в эпоху перестройки. Этот проект (заменить на: Он) был связан с перестройкой и реализовывался историками как бэкграунд. Конечно, в этом проекте участвовали не только историки, но и другие гуманитарии, в первую очередь сотрудники Историко-архивного института.

Такое пересечение судеб страны и нашего университета очень символично. Я не собираюсь ничего преувеличивать. Как говорится, при любом поражении нет родителя, а при любой победе появляются тысячи. Но все-таки из песни слов не выкинешь. Нельзя отмахиваться от этого и не учитывать исторических фактов, которые, я думаю, еще предстоит осмысливать с научной и историографической точек зрения. Конечно, уже кое-что сделано, есть даже диссертации, посвященные этой теме и защищенные в стенах РГГУ.

Характеризуя своеобразие высшего гуманитарного образования и гуманитаристики как сферы научных интересов, я бы выделил несколько моментов, которые, как мне кажется, сейчас должны быть в центре нашего внимания.

Я уже не раз говорил, что одна из главных функций университета – это воспитание образованием, а в наших стенах – прежде всего воспитание научным историческим знанием и образованием подрастающего поколения. Это наша гражданская ответственность, как мне кажется. От знания и уважения к своей семье, к своей малой и большой Родине зависит воспитание историческим знанием и уважение к самому себе как к личности.

Эту функцию – функцию воспитания – никто не отменял, и она связана в первую очередь с образованием университетского уровня. При этом воспитание должно быть осознанным, осмысленным и профессиональным. Этот процесс обязан включать в себя не только анализ достижений и триумфов, но и тех сторон исторического прошлого, которые должны предостеречь общество от повторения конкретных и подчас роковых ошибок.

Второй момент в этом воспитании – уважение и толерантное отношение к истории других народов и стран. Ведь указ о проведении в Российской Федерации года российской истории включает не только изучение российской истории как таковой, но и вообще места России в мире. Поэтому Ю.В. Кнорозов выступает как пример гениального открытия российского ученого, который занимался отнюдь не российской тематикой. Его работа – это часть российской истории, это часть нашего интеллектуального прошлого.

Помимо воспитания научным историческим знанием, в этом процессе в условиях информационно-технологического общества участвует и целый ряд других акторов. Это бесспорное воспитание средствами культуры и искусства, это религиозное воспитание, в котором есть исторический контент. Наконец, воспитание – это и историческая политика, которая, бывает, направлена на анти-воспитание. Мы, как профессионалы, можем оценивать такую политику по-разному: выступать где-то с критикой, можем негодовать. Но это существует, и это надо учитывать.

К сожалению, в рамках исторической политики может использоваться и историческое невежество для реализации своих целей, и примеров такого использования я и мои коллеги можем привести множество, этим никого не удивишь.

Еще один момент, на который я бы хотел обратить внимание, – это специфика исторического знания и исторического образования как междисциплинарного. Я, как историк, возможно, преувеличиваю, но все-таки считаю, что историческое познание и историческое знание гораздо более междисциплинарны по своей природе, чем другие области гуманитарного знания. Это надо учитывать в специфике преподавания. Почему?

Во-первых, историческое знание междисциплинарно по методам: оно «добывается» с использованием методов анализа других научных дисциплин (математики, математической статистики, антропологии, контент-анализа и т. д.). Сам же историзм – метод всех областей гуманитаристики.

Во-вторых, историческое знание междисциплинарно по источникам.

И, наконец, историческое знание междисциплинарно по теоретическим и эмпирическим основам. Ведь каждый историк, занимающийся любой проблемой, хочет он или не хочет, вынужден обратиться к теоретическим и эмпирическим основам этой проблемы. Конечно, у историка, как правило, нет возможности наблюдения, но познать он должен. Если он занимается театром, он должен, конечно, не играть на сцене, а понимать, как действует и функционирует этот объект; если он занимается алмазной промышленностью, он не должен сам обрабатывать алмазы, но обязан понимать, как функционирует система обработки, и т. д. Это неважно, какую бы форму вы ни выбрали: военному историку необязательно быть полководцем, но он должен знать, как велись те или иные военные операции, принимались решения и т. д. Для того, чтобы понимать сущностные черты изучаемого объекта, таким образом, нужно знать теоретические основы объекта изучения и учитывать практику.

Синтезированный характер исторического знания и исторического образования позволяет утверждать, что изучение истории и ее преподавание в стенах нашего университета имеет большие перспективы. Ведь РГГУ – прекрасная модель гуманитарного объединения специалистов, концепций, технических условий и стратегических намерений. В РГГУ представлены все области фундаментально гуманитарного знания и образования, подавляющая часть прикладных гуманитарных знаний, значительная часть областей практико-ориентированных, которые так или иначе вытекают из гуманитарной среды, и некоторая часть на стыке естественнонаучного и гуманитарного знания. Мы можем заниматься и древними мертвыми языками и интеллектуальными роботами. Все это существует в этих стенах. Эта палитра предоставляет нам возможности для развития.

Но эти возможности, надо признать, в целом пока реализованы плохо. Это отражает общее положение дел в гуманитаристике. Не используются (или мало используются) огромные междисциплинарные резервы внутри исторических наук на стыке с другими гуманитарными областями: демографией, экономикой, психологией. Есть такие области, как историческая география, историческая психология, историческая демография, экономическая история. Есть контент истории и филологии на базе общего текста (существует термин «текстология» с разным значением в обеих областях знания), истории и в целом гуманитарной сферы, истории на стыке естественнонаучного и гуманитарного знания.

Я считаю, что в современных условиях профессиональное объединение гуманитариев РГГУ способно достичь прорыва в сфере междисциплинарного сотрудничества и получения нового гуманитарного знания. Скрепляющей основой в этом процессе может и должна служить история как образовательная дисциплина и отрасль гуманитарного знания.

Еще один сюжет связан с новым обликом подрастающего поколения, которое приходит в РГГУ. Это поколение эпохи информационной революции. Причем эта революция продолжается, и студенты, втянутые в нее, меняется кардинально. Мне кажется, увеличивается разрыв между студентами и детьми детского сада. Они настолько разные по уровню включенности в эту информационную революцию, что преодолевать ее – задача университетского образования.

Как решать эту задачу? Думается, что необходимо менять форму подачи материала и форму работы. Я надеюсь, что одним из таких шагов, о которых мы сегодня уже говорили и еще будем говорить, является создание новой информационной среды, в качестве которой может выступать проект портала «Родная история».

Этот проект весьма сложно приживается. Причин этому множество, но главная – отсутствие координации структур РГГУ.

Наглядный пример – рубрика портала под названием «Историки РГГУ». Мой вопрос к залу: сколько в этом зале историков? Наверное, человек 150. Как вы думаете, сколько в рубрике портала «Родная история» представлено научных биографий историков? Десять. Это значит, что нет не только координации действий всех гуманитариев РГГУ, но нет точной статистики. Это печально. Нет ни востоковедов-историков, ни культурологов-историков и т. д.

А ведь этот портал – лицо нашего университета, открытая система для всех, кто интересуется подлинным научным историческим знанием.

Конечно, это вовсе не значит, что все, что там выставлено сегодня, и все, что будет выставляться завтра, – абсолютная истина в последней инстанции. Я, как профессионал, прекрасно понимаю, что история – развивающееся и обновляющееся знание, где точки над «i» ставить рано. Но именно поэтому я сторонник профессиональной дискуссии, а не невежественных инсинуаций по поводу истории нашей страны. Именно поэтому мы так ратуем за профессионализм портала «Родная история». У нас для этого есть все основания: в одном месте, в одно время собраны гуманитарии практически всех научных направлений, и это шанс достичь позитивных результатов. Для этого есть все: научно-образовательная среда, механизм ее освоения, способность сравнить ее с другой средой.

Эта новая информационная среда требует в своей разработке огромных усилий и затрат. Я понимаю, что пока очень многое делается на одном энтузиазме. Видимо, нужно сделать еще один распорядительный документ, который это функционирование упорядочит.

Хотя год российской истории только начинается, мы подошли к решению вопроса представления по-новому российской истории, по крайней мере XIX–XX вв. и начала XXI в. Я уже говорил в прошлый раз, что у нас есть два проекта. Мы хотим подготовить пособие для студентов по истории СССР, советской цивилизации с современной точки зрения. Уникальность ситуации состоит в том, что значительная часть историков, являясь свидетелями недавних событий, могут выступить авторами пособия. Что для Античности и Средних веков невозможно Я почувствовал большую дистанцию между нашими представлениями о прошлом и представлениями нынешних студентов. Многое из того, что мы говорим, абсолютно непонятно тем, кто родился в 1990–1991 гг.

Второй крупный проект – история КПСС. В условиях архивной революции, предоставившей нам огромное количество новых документов, предстоит задача по-новому переосмыслить партийную историю СССР, хотя бы на уровне курса для студентов.

И последний момент, который я бы хотел отметить. Необходимо новое прочтение истории нашего окружения, т. е. «постсоветского пространства», или – в иной терминологии – «ближнего зарубежья». Это задача крайне важная чисто прагматически, решается она сложно, но на историческом материале дать объяснения жителям, например, Пскова и Нарвы или Оренбурга и Павлодара по поводу их региональной принадлежности необходимо.

В заключение я бы хотел сказать, что когда объявляется год русского языка или науки, у меня всегда возникает такая мысль: год – это, конечно, хорошо, и что объявляется – хорошо. Но я предлагаю думать не о годе российской истории, а о вечности российской истории и о том, что мы сможем ею заниматься.

Спасибо большое.

Безбородов А.Б.

Ефим Иосифович, спасибо большое.

Дорогие друзья! Сегодняшний круглый стол задумывался как заседание, где наши студенты – и слушатели, и участники. Поэтому мне хотелось бы предоставить слово им. И в первую очередь Зыряновой Анастасии Олеговне, студентке 2 курса ФАД, отделения краеведения и туризма. Она студенческий руководитель кружка «История России», и тема звучит глобально: «Кружок “История России” и преемственность поколений научно-педагогической школы ИАИ РГГУ». Анастасия Олеговна, Вам слово.

Зырянова А.О.

В октябре прошлого года кафедра истории России средневековья и раннего нового времени Историко-архивного института РГГУ возобновила учёные занятия научного кружка истории России.

Согласно преданию, идея создания кружка восходит ко времени преподавания в Историко-архивном институте академика Юрия Владимировича Готье (1873–1943), т. е. к концу 1930-х гг. В частности, об этом вспоминала профессор Елена Ивановна Каменцева, один из ветеранов Историко-архивного института.

Основан кружок был в 1947 г. при кафедре истории СССР досоветского периода выдающимся историком-медиевистом и педагогом профессором Павлом Петровичем Смирновым (в первые месяцы Великой отечественной войны [осень 1941 г.] именно он спас Историко-архивный институт от весьма вероятного расформирования).

В те годы кружок был далеко не единственным в Историко-архивном институте. Кружков было много: по истории КПСС, по истории и организации архивного дела, по археографии. Самым легендарным был кружок источниковедения, который возглавлял Сигурд Оттович Шмидт. Большой популярностью пользовался кружок истории древности и средневековья (КИДИС) профессора Наталии Ивановны Басовской. КИДИС, например, проводил знаменитые «суды истории», собиравшие огромные аудитории не равнодушных к истории людей самых разных возрастов и занятий.

Руководителем же нашего кружка (истории СССР, а затем истории России) с момента его основания до самой своей кончины был профессор Николай Владимирович Устюгов. С этим человеком связаны самые теплые воспоминания кружковцев тех лет. Из этих воспоминаний мы можем почерпнуть много интересных сведений, характеризующих работу кружка в период 1947–1963 гг., а также описывающих отношения между студентами-участниками кружка и его научным руководителем. Бывшие кружковцы пишут, что кружок был «истинной кузницей кадров» и взрастил около двух десятков кандидатов. Кружковцев того времени называли своего рода почетным званием «устюговцы». И недаром. Ведь, по их словам, Николай Владимирович Устюгов был одним из тех редко встречающихся людей, которые оставляют след не только в науке, но и в человеческих душах.

После профессора Н.В. Устюгова кружком несколько десятилетий руководил доктор исторических наук, профессор Аркадий Иванович Комиссаренко. А 31 октября 2011 г. на 888-м заседании научного кружка истории России Аркадий Иванович был избран его почетным председателем.

Научным руководителем возобновленного кружка в настоящее время является кандидат исторических наук, доцент кафедры истории России средневековья и раннего нового времени Историко-архивного института Филипп Георгиевич Тараторкин.

Наш кружок собирается один раз в две недели по понедельникам, как и раньше. На заседаниях кружка заслушиваются и обсуждаются научные доклады и сообщения студентов, аспирантов, профессоров и преподавателей Историко-архивного института РГГУ, других факультетов университета и других вузов, а также научных сотрудников академических институтов.

После возобновления работы кружка уже прошло несколько заседаний, на которых были заслушаны и обсуждены научные доклады самой разнообразной исторической тематики.

Вот некоторые темы:

– доктор исторических наук, профессор Татьяна Иннокентьевна Хорхордина. «Старое и новое об истории Историко-Архивного Института»;

– доктор исторических наук, профессор Григорий Николаевич Ланской. «Историография как наука о творчестве»;

– кандидат исторических наук, доцент Ирина Александровна Гордеева. «Отказ от военной службы по мотивам совести как проблема социальной и политической истории России конца XIX–XX вв.»;

– доктор исторических наук, профессор Андрей Львович Юрганов. «О реконструкции символического языка миниатюр Лицевого свода Ивана Грозного».

В первый год работы возобновленного кружка у нас еще не было собственно студенческих докладов. Это объясняется тем, что кружок не собирался на протяжении 10-ти лет. Новое поколение студентов не знает, что такое исторический кружок и как он работает. Инициативу ознакомления новых кружковцев с традициями кружка взяли на себя старые кружковцы.

Для нас важно, что это тот же самый, но и одновременно новый кружок. Появляются новые темы для обсуждения, новые мысли. Сегодня нам даны новые возможности сохранения и передачи информации.

И главное то, что сохраняются преемственность научных традиций и общение поколений, которое осуществляется через такие встречи, как заседания нашего кружка. Ведь историческая наука – это дискуссионное пространство. И поэтому очень важно, что наш кружок учит студентов не только ремеслу историка, но и навыкам ведения дискуссии.

Наша цель – творческое развитие научных традиций Историко-архивного института.

Безбородов А.Б.

Спасибо. Мы действительно все с удовольствием примем участие в работе кружка.

Коллеги, вы в знаете, сколь активно и плодотворно в стенах РГГУ реализуется научно-образовательная программа «Холокост». Ее возглавляет выпускник нашего университета, профессор РГГУ Илья Александрович Альтман. Совсем недавно в стенах института проходила встреча победителей конкурса студенческих работ по этой теме – международная встреча: были израильтяне, россияне, белорусы, украинцы. Были студенты, которые представили очень глубокие по форме и содержанию доклады. Один из участников научно-образовательной программы «Холокост» сегодня здесь. Никита Николаевич Врозовский, студента 3 курса ФТАД представит свой доклад «Восстание Варшавского и Белостокского гетто».

Врозовский Н.Н.

(Слайд 1)

Вашему вниманию представлен доклад на тему сопротивления еврейского народа Холокосту, а именно двум наиболее крупным противостояниям того времени.

(Слайд 2)

Итак, после захвата Польши нацистами, на ее территории формируются так называемые «Еврейские районы проживания». Наиболее крупным был гетто на территории Варшавы, оккупированной в сентябре 1936 г. Белостокское гетто появляется уже позднее, в июне 1941 г. Это связано с тем, что после первичной оккупации (15 сентября 1939 г.) город отошел в советскую зону ответственности (по пакту Молотова – Риббентропа). Условия, царившие в гетто были далеко не из легких. Продовольственные нормы составляли 184 калории в Варшавском и 400 калорий в Белостокском гетто на единицу населения в день.

(Слайд 3)

Сразу же после приказов об основаниях гетто, на их территориях начинает формироваться подполье, в основном из молодежных и сионистских движений. Они были многообразны и имели различные политические взгляды.

(Слайд 4)

В Варшавском гетто было две организации. Самой крупной являлась ЕВО: она состояла из 480 сторонников и придерживалась правых взглядов. Второй организацией была прокоммунистическая ЕБО, которая насчитывала порядка 200 бойцов. Контактов между организациями было мало, а попытки объединения закончились неудачей. Причины этого исследователи видят в различии в политических воззрениях и в разных планах боевых действий (ЕВО имела лучшее оснащение, могла себе позволить позиционные боевые действия, а ЕБО – небольшая организация) считала эту тактику не выгодной и делала ставку на маневренный бой).

(Слайд 5)

В Белостокском гетто было три организации это:

– Объединенный антифашистский блок, сторонники этой организации были коммунистами;

– Ха-Шомер Ха-Цаир – организация от левого крыла Бунда;

– «Дрор» – организация правого крыла Бунда

В конце мая 1943 г. эти организации заключают соглашение о сотрудничестве, но только на территории гетто. Общее командование возлагают на Тененбаума и Мошковича. Общая численность этих организаций достигала 300 штыков. Часть сторонников высказывалась в пользу отхода из гетто в леса, другая половина – за то, чтобы остаться.

(Слайд 6)

Сопротивление не могло существовать без вооружения и амуниции. Варшавскому гетто помогали две польские организации: это – Армия Крайовой, оказывающая помощь ЕВО, и Гвардия Людова, подпитывающая ЕБО. Оружие шло контрабандой через канализационную систему города, которая имела большую протяженность и не могла с успехом контролироваться органами полиции и СС Варшавы. В гетто Белостока оружие для нужд подполья добывалось различными методами: оно похищалось еврейскими рабочими из оружейных мастерских и складов, покупалось у местных крестьян, а затем контрабандным путем попадало в гетто.

(Слайд 7)

На усмирения гетто были брошены большие силы. Ставка Юргена Штропа имела в своем распоряжении 3000 человек (это с учетом штабной и интендантской служб). Помимо стрелкового оружия они обладали малокалиберной артиллерией и легкой бронетехникой.

В штабе сил Одилло Глобоцникова был учтен опыт боевых действий в Варшавском гетто. И на подавление были направлены два интернациональных батальона СС и один специальный батальон полиции. В арсенале имелась бронетехника (в том числе и легкие танки), присутствовала ствольная артиллерия средних калибров, а в случае осложнений наземные части могли рассчитывать на поддержку с воздуха силами Люфтваффе.

(Слайд 8)

Боевые действия в Варшавском и Белостокском гетто развивались примерно по одному сценарию:

– после известия о готовящемся уничтожении гетто повстанцы вооружались и занимали позиции согласно приказам руководства;

– население гетто либо переходило на сторону повстанцев, либо пряталось в подвалах и убежищах;

– как только немецкие части входили в периметр, их тут же сковывали боем;

– после первого боестолкновения противник отходил на перегруппировку, а часть повстанцев, пользуясь передышкой, прорывалась из гетто;

– в дальнейшем те, кому не посчастливилось убраться из гетто, продолжали сопротивление до последнего или же до того, как выйдут боеприпасы, и кончали жизнь самоубийством.

(Слайд 9)

За время боев жертвы были колоссальные, но некоторым все же удалось вырваться из охваченных огнем и разрывами снарядов гетто. В Варшавском гетто это более 1000 евреев (позднее многие из них присоединятся к Варшавским восставшим в 1944 г.). В Белостоке эта цифра колеблется от 150 до 200 человек, они тоже пополнили ряды партизанских отрядов.

Эти события являются еще одной страницей в истории Холокоста.

Безбородов А.Б.

Спасибо Никита Николаевич.

Хотел бы напомнить, что ключевым звеном в историческом образовании в ИАИ и в РГГУ в целом является ФИПП под руководством Александра Петровича Логунова. И сегодня студенты и магистранты этого факультета тоже представят тезисно результаты своих научных исследований. Предоставляю слово Юлии Эдуардовне Бернацкой, магистранту 1 курса. «Календарная мифология древних майя».

Бернацкая Ю.Э.

Вокруг цивилизации майя всегда существовал ореол мистики, созданный когда недостатком сведений, когда непониманием тех или иных процессов. Майя неизменно оказываются самым загадочным народом в истории человечества, обладающим некими тайными магическими знаниями и имеющим связь с внеземной цивилизацией. Особенно это относится к календарным сюжетам. Точность расчетов для календарного года, а также сложность непосредственно календаря и порождает различные современные мифы, как например, ожидание конца света в декабре 2012 г.

Так древние майя – тема не слишком популярная и известная – привлекла внимание общества и стала обсуждаться даже людьми далекими от мезоамериканских культур. Однако календарь не только в наши дни оброс мифами. Сами майя использовали его не только для практических целей.

Календарь появился как следствие постоянных наблюдений за окружающей средой. Вычисление начала сельскохозяйственных работ приобрело особое значение. Первые календарные расчеты имели практические цели для земледельцев. Однако постепенно календарная система усложнялась, расчеты становились более точными, и к началу классического периода майя мы видим уже развитую систему, выполняющую помимо практических задач и ритуальные функции.

Древние жрецы майя связывали календарные знания с религиозными представлениями в логичную схему, тем самым определяя мировоззрение и получая возможность управлять социумом. Подобная мифологизация смены временных циклов – дня и ночи, зимы и лета и т. п. вплоть до космических циклов – и называется календарной мифологией.

Откуда мы получаем все эти сведения? Используются источники разных видов: по классическому периоду это иероглифические тексты – монументальные надписи на керамике; по постклассическому – сохранившиеся рукописи майя, в частности Дрезденский кодекс, по позднему постклассическому периоду – календарные мифы из «Книг Чилам-Балам». Текстов, в которых была бы изложена календарная мифология, у майя не существует, поэтому для исследования берутся разные источники, содержащие различные календарно-мифологические упоминания. Из таких отрывочных сведений можно составить некую модель календарной мифологии для майя классического и постклассического периодов. Таким образом, календарная мифология рассматривается не как набор текстов, а как система из элементов и связей между ними, обязательных для сравнения и сопоставления.

К началу классического периода (III в. н. э.) оказывается, что календарь и связанная с ним мифологизация временных циклов служили правителям в достижении их политических целей. Проводится идея того, что царь выполняет определенную космическую миссию – поддерживает в движении мировой порядок, следит, чтобы небо не упало на землю и т. п. Особенно необходимо укрепление ткани времени в момент смены циклов.

Однако классический период закончился кризисом (или «коллапсом») цивилизации майя. Календарная система трансформировалась. Практически перестали появляться юбилейные стелы. Здесь возникает логичный вопрос о судьбе календарной мифологии: какой была ее адаптация в новых условиях?

В календарно-хронологической системе майя можно выделить четыре основных компонента: начальную серию (долгий счет + дополнительные серии), 52-летний цикл, интервальные числа, указания на календарные периоды. Из них «долгий счет» представлял собой определенный аналог нашей датировке по эре, а остальные носили циклический характер. С окончанием календарных периодов были связаны определенные ритуалы, во время которых помимо всего прочего укреплялась ткань времени в момент смены циклов, потому что подобная граница – опасное время (к примеру, последние пять дней года, за которыми закрепилась репутация зловещих и роковых). Все эти компоненты встречаются в записи даты в классический период (III–X вв. н. э.).

В постклассический период (X – начало XVI в. н. э.) происходит упрощение календаря, в два этапа. Сначала при сохранении долгого счета исчезли элементы дополнительных серий. Этот этап отражен в Дрезденском кодексе. Затем произошел отказ и от долгого счета. Его сменил цикл из 13 двадцатилетий-катунов, построенный по образцу классического цикла из 13 «четырехсотлетий».

Приведу некоторые примеры трансформации календарной мифологии.

Общим днем для мифологии классического и постклассического периода является день начала текущей эры по летоисчислению майя – 4 Ахав 8 Хулоль. Собственно, эта эра, этот цикл из 13 «четырехсотлетий» и закончится в декабре 2012 г.

В классический период в этот день сменяется предыдущая группа богов, которая правила заканчивающейся эрой. Этого же можно ожидать и в следующую смену эр, хотя имеющихся источников пока недостаточно, чтобы сказать что-то более определенное.

В постклассический период в этот день сотворяется месяц, период, которого до этого не существует. В поздний постклассический период этот миф сохраняется, но о дате 4 Ахав 8 Хулоль не говорится ни слова.

Одна из дополнительных серий, 819-дневная, не исчезла, но подверглась сильной трансформации и утеряла свою календарную сущность.

Произошли трансформации и в мифологии концов периодов. В классический, как и в постклассический периоды временными периодами управляют определенные боги, однако на раннем этапе видна более сложная схема: помимо богов-покровителей двадцатилетних циклов, существуют также боги, которые правят циклами большего порядка. В постклассический период остаются только покровители двадцатилетий, что связано еще и с исчезновением самих длительных циклов. Необходимо отметить, что в постклассический период сохраняются существовавшие в классический период предсказания и пророчества к временным периодам, а также в целом сохраняется структура, по которой они строятся: указывается бог-покровитель, подношения ему и собственно предсказываемые события.

Следует отметить также увеличение значимости годичного цикла в жизни общества в постклассический период, хотя это является результатом уменьшения значимости традиции празднования окончания двадцатилетий. Если в классический период возведение юбилейной стелы каждые двадцать лет было обязательным ритуалом, во время и посредством которого правитель получал божественную санкцию на еще один период правления, то в постклассический мы этого практически не наблюдаем.

В заключении можно сказать, что хотя календарная мифология подверглась значительной трансформации и в целом упрощению в позднее время, сохранился ее ритуальный космический смысл.

Безбородов А.Б.

Спасибо Вам большое.

Пивовар Е.И.

Значит, в конце года будет не конец года, а начало нового цикла. Это существенно другая позиция.

Безбородов А.Б.

Спасибо за выступление. Я хотел бы предоставить слово Павловой Виктории Викторовне и Алексанян Джульетте Арсеновне. Они – лауреаты премии Потанина. Отделение международных отношений и зарубежного регионоведения ИАИ РГГУ, 4 курс. Тема их выступления – «Исторические курсы в системе университета: взгляд студентов».

Павлова В.В., Алексанян Д.А.

В прошлом году на летнюю школу Благотворительного фонда Владимира Потанина отправились пятеро стипендиатов РГГУ, образовавших свою команду. Целью этой команды был творческий проект, который изначально зародился в узких кругах, а затем получил одобрение значительной части студентов РГГУ.

На что же был направлен проект?

Ни для кого не секрет, что расписание во многих современных вузах далеко не совершенно: из-за нехватки аудиторного фонда, наличия большого количества потоковых лекций, а также групповых занятий в расписании много окон. Зачастую они накладываются друг на друга, образуя большие и неудобные промежутки времени.

Наш проект был ориентирован на студенческую аудиторию, которая во время этих самых окон хотела бы посещать другие курсы, не входящие в программу их специальности, и тем самым получать в стенах вуза более разнообразное университетское образование.

После разработки и презентации на Летней школе проект «Вставьте нужное» (слайд с логотипом проекта) получил грант Фонда Потанина (наше фото с наградой).

Мы осознали один простой механизм: если есть спрос, нужно немедленно создать достойное предложение. А именно: Интернет-ресурс на базе расписания РГГУ, с помощью которого любой студент сможет совместить свое расписание с расписанием «топовых» лекций лучших преподавателей.

Мониторинг в Интернете показал, что для студентов Российского государственного гуманитарного университета наибольший интерес вызывают именно исторические дисциплины. На их долю приходится 55 % ответов студентов.

Мы задались вопросом: почему же процент студентов, интересующихся историей, настолько велик?

Ответ очевиден.

Современный мир характеризуется возрождением исторического сознания, исторической памяти. Это ярко выражено в коллективной идентичности современного общества.

Несмотря на глобальные тенденции в мире, именно у молодежи сейчас остро проявляется интерес к истории. Студентам иных специальностей не хватает именно исторической базы для того, чтобы понять себя, свое прошлое, политику и роль своей страны в современном мире.

Проект «Вставьте нужное» предоставляет возможность достроить себя, расширить свои индивидуальные траектории для углубления общих методологических знаний, дает студенту определенную свободу в расширении своего поиска и способствует академической мобильности даже внутри вуза.

В так называемый «топ» вошли следующие предметы:

– история России;

– история мировых цивилизаций;

– история государства и права зарубежных стран;

– история международных отношений и внешней политики России;

– история социологии;

– русская антропологическая история и средневековое сознание;

– история мирового искусства;

– историография социокультурной коммуникации;

– история мировой культуры;

– история русской литературы;

– история Востока.

В окончательном варианте вспомогательный сайт должен выглядеть следующим образом (слайд с версткой сайта).

Следует отметить, что наш проект изначально ориентирован на высокомотивированных студентов, которые делают выбор исходя из собственных предпочтений. Усилить эту мотивацию возможно единственным способом: внести формы отчетности за посещение КПВ при наличии поддержки администрации вуза.

Мы намерены развить проект и реализовать его в ближайшее время.

В дальнейшей перспективе мы видим проект «Вставьте нужное» за рамками РГГУ.

Безбородов А.Б.

Спасибо.

Слово предоставляется Алексею Алексеевичу Мухину, Генеральному директору Центра политической информации, выпускнику Российского государственного гуманитарного университета. Мы сейчас очень успешно сотрудничаем с Алексеем Алексеевичем и его структурой, надеемся, у нас хорошие перспективы.

Алексей Алексеевич, Вам слово.

Мухин А.А.

Добрый день. Я очень благодарен за приглашение и возможность выступить. Очень приятно в таком высоком собрании выступать. У меня нет ноутбука и нет презентации, прошу прощения.

Тема моего краткого сообщения – «Политические технологии и история современности». Мне кажется, все вы знаете, что такое политические технологии. Это способ активного воздействия на избирателей, а история современности – не мне здесь вам рассказывать, что это такое. Так вот, на мой взгляд, с одной стороны, историю современности легко описать сейчас, потому что она проходит перед глазами, но одновременно трудно описать ее, потому что много информационного мусора. Опасности и риски, которые поджидают историка современности следующие: прежде всего это влияние политтехнологий на документ – основное свидетельство эпохи. При этом мы понимаем, что политтехнологи – вещь циничная, и политтехнологи обычно не останавливаются перед прямой фальсификацией. Поэтому прямая задача историка современности – вычленить эту фальсификацию и, не отправляя в мусорную корзину, потому что для потомков очень важно понять, зачем именно был сфальсфицирован этот документ, его правильно объяснить и интерпретировать. Вторым риском для современного историка выступает, на мой взгляд, «интернетизация» исторической науки. Я думаю, что для вас не секрет, что студенты, составляя свои научные работы, активно пользуются, скажем так, фрагментами других работ, созданных ранее. Такие документы имеют историческую ценность только как обоснование для неудовлетворительной оценки в зачетке. Мне кажется, что такого рода документы, в последнее время заполонившие в том числе и серьезную источниковую базу, представляют реальную опасность для развития исторической науки и адекватного восприятия действительности. При этом хранение информации в электронном виде делает архив понятием очень условным, потому что простое нажатие клавши превращает его в ничто.

Из позитивного можно отметить то, что современные историки могут пользоваться максимальной открытостью источников, ведь транспарентность и отсутствие цензуры в обществе позволяют нам как историкам сформировать очень полную картину современности. Я думаю, потомки это оценят. Доступность источниковой базы, в том числе источниковой базы за рубежом, дает возможность создать и исследования и учебники,  которые максимально адекватно отразят то, что мы с вами наблюдаем.

В конце своего выступления я хотел сказать о том, что воспитание социальной ответственности у историков, которым вы занимаетесь, является весьма важным фактором в развитии исторической науки. Важно помнить, что именно нашими глазами – здесь я уже обращаюсь к студентам – потомки будут смотреть на те события, которые мы с вами наблюдаем воочию. И именно от вас зависит, как именно они будут интерпретировать эту историю. Спасибо за внимание.

Безбородов А.Б.

Спасибо большое, Алексей Алексеевич. Я хотел бы предоставить слово Горинову Михаилу Михайловичу, кандидату исторических наук, первому заместителю начальника Главархива г. Москвы, органа исполнительной власти. Многие наши выпускники там работают. Тема его выступления – «Научно-архивный проект Главархива г. Москвы и РГГУ “Московская партийная власть и Старая площадь. История в документах”». Я хотел бы напомнить, что в докладе Ефима Иосифовича был затронут вопрос об исследовании с историко-партийной точки зрения «несущих» в СССР конструкций, что очень актуально.

Михаил Михайлович, Вам слово.

Горинов М.М.

Спасибо большое. Дорогие коллеги, как сказал Александр Борисович, нас с РГГУ связывают давние и хорошие отношения. Буквально тезисно. Ефим Иосифович уже отметил, что сейчас «распалась связь времен», и часто старшее поколение говорит на одном языке, а молодежь совершенно на другом, и особенно это касается советской истории – хотя она, казалось бы, нам наиболее близкая – и истории КПСС. Если в советский период в области изучения истории Древнего мира, Средних веков, да и собственно капитализма, было создано немало прекрасных работ, которые сохранили свою научную ценность, то применимо к советской эпохе и особенно к истории КПСС объективных работ, по сути, нет. Я сейчас вспоминаю первые работы, появившиеся в конце 1920-х гг. (Попова, Ярославского, не говоря уже о «Кратком курсе» и пономаревском учебнике), – они являлись продуктом аппаратных взаимоотношений и внутрипартийной борьбы и изначально фальсифицировались. Здесь особенно тяжело восстановить историческую правду. Поэтому проект РГГУ по истории КПСС нас в Главархиве крайне заинтересовал, тем более что он совпадает с одной из наших магистральных тем, которой мы занимаемся уже свыше 15 лет, – это история московской власти.

Начиналось все с подготовки книжки «От губернатора до мэра», вышедшей в середине 1990-х гг., в которой тогда заполнялись лакуны, потому что о первых московских лицах дореволюционной эпохи, да собственно и советской, было мало что известно. С тех пор работа шла по нарастающей, и сейчас мы выходим на лидирующие позиции: серия научно-справочных изданий «Московская власть». Вышел первый том, посвященный Петровской эпохе. Суть его в том, что даются биографии московских руководителей и, самое интересное, рисуется реальная картина взаимоотношений, говоря современным языком, городского и федерального уровней власти: как возникали и решались те или иные проблемы в допетровскую эпоху. Скажем, если убили представителя одной слободы в другой, то на чьей территории разбиралось это дело? Масса таких интереснейших вещей. Вышел первый том из истории советского периода, посвященный структурам советской власти. На подходе том, посвященный партийной власти в Москве, и следующая за ней монография о взаимоотношении советской и партийной ветвей власти. В работе также два тома по имперскому периоду.

И в этом смысле ваши и наши планы совпадают.

Особенно, мне кажется, интересно рассмотреть взаимоотношения центра и региона именно на примере Москвы, поскольку всегда существовали коллизии и в досоветскую эпоху, и в советскую между центром и Москвой. Объяснялось это, очевидно, тем, что московские элиты, благодаря культурному, экономическому и другому потенциалу города, всегда претендовали на особую роль в государстве, и это создавало почву для конфликтов. В свою очередь, центр всегда с подозрением относился к значительному влиянию москвичей и тоже соответствующим образом реагировал на это. Если мы вспомним историю КПСС, то наиболее крупное оппозиционное течение внутри партии – это левые коммунисты, собственно сердцевину его составляли московские лидеры, возглавлял их Николай Иванович Бухарин. Конец 1920-х гг., снова … представитель правого уклона в ВКП(б). Конец 1940-х гг. – известное дело Попова. Благо, здесь дело не дошло до прямого аналога «ленинградского дела», но коллизия была. Если мы вспомним последнего крупного московского оппозиционера – Бориса Николаевича Ельцина, – опять-таки он возглавлял московскую партийную организацию. Так что здесь есть что изучать.

Теперь необходимо, если переводить дело в рабочее русло, создавать рабочую группу, потому что проблемы есть. Проблемы хронологии, связанные, в частности, с законом о сохранении персональной тайны и т. п. 75 лет, как вы знаете, срок, который защищает законодательно обращение к этим документам. Есть проблема взаимоотношения с РГАСПИ. Скажем, документы московского уровня хранятся у нас. А как сделать? Подключать опубликованные документы. Вопрос о жанре – что это: учебное пособие, серия документальных публикаций? Вопрос о финансировании и т. д. То есть если это переводить в практическое русло, то мы «за», и нужно создавать коллектив, который будет реализовывать этот интереснейший проект. Спасибо.

Безбородов А.Б.

Михаил Михайлович, огромное спасибо! Вы подняли вопросы, которые являются повесткой отдельного круглого стола, который, я думаю, мы совместно с вами и проведем. Конечно, университету интересно создать целый учебно-методический комплекс подобного рода с учетом ряда стержневых моментов, о которых Вы сейчас сказали. Разрешите слово предоставить Долгину Борису Семеновичу, научному редактору информационного ресурса «Полит-Ру». «Историческая память и историческая политика в перспективе постсоветского пространства». Напомню, Борис Семенович – выпускник РГГУ, если мне память не изменяет, 1993 г. Алексей Алексеевич – 1995, потому что служил в рядах вооруженных сил. Пожалуйста, Борис Семенович.

Долгин Б.С.

Добрый день, уважаемые коллеги!

Я хотел напомнить о том, что юбилей мы отмечаем не только тех дат, о которых сказал Ефим Иосифович, но, кроме того, 20 лет тому назад, во-первых, открылись новые факультеты и по-настоящему «доучередился» Российский государственный гуманитарный университет, начался набор на эти факультеты, а во-вторых, это был первый год новой России, и не только новой России, но и новых государств, возникших на территории бывшего Советского Союза, и этот год стал годом, я сказал бы, «национализации» истории в этих странах. Столкнувшись с необходимостью строить новые страны, эти государства задались целью формирования собственных наций, занялись «нациестроительством».

Период «нациестроительства» – это период наиболее напряженных отношений между исторической памятью, понимаемой как ретроспективная форма социальной рефлексии, и исторической политикой, понимаемой как инструментальное использование истории в целях реализации актуальных политических задач. В чем это выразилось? В наибольшей степени это стало актуально не для России, а для остальных постсоветских стран, потому что они столкнулись с задачей обоснования для своих граждан и для окружающего мира факта независимости. Россия в меньшей степени нуждалась в обосновании того, что Россия существует. Эти страны при том, что имели предшествующую историю, не имели непрерывности, не имели ощущения легитимности, как внутренней, так и внешней. В связи с этим возникла необходимость ряда вполне понятных локальных задач со стороны историков этих стран или тех, кто занял их позиции. Эти задачи заключались в постулировании отдельности и непрерывности истории этих стран, постоянства борьбы за независимость, необходимости формирования образа тех, кто мешал эту независимость обрести. Отсюда сформировался образ «Другого», нередко даже в форме врага. Понятно, что в этом качестве наиболее удобно рисовалась Россия как страна, которая постулировала некоторую степень своей непрерывности с Советским Союзом и государствами, которые существовали ранее на этой территории.

Означает ли это, что Россия не столкнулась ни с какими собственными проблемами? Я бы сказал, что отсутствие необходимости обоснования собственного существования привело к недостаточной рефлексии по поводу континуальности истории, заведомому утверждению того, что советская история – это наша история, история Российской империи – это наша история, история Московской Руси – это тоже наша история и т. д. Понятно, что эта проблема не является легко решаемой. Кроме того, если на территории других постсоветских стран некоторым мейнстримом стало понимание того, что эти страны меняются, что их соседи меняются и Россия меняется, для жителей России неочевидным стал факт этих изменений. Если отличие Китая или Великобритании от нас является более или менее аксиоматическим, то иллюзия понимания того, как устроено сознание, как устроено понимание граждан бывшего Советского Союза, точнее стран, на его месте возникших, в известной степени мешало людям, мешало политикам принимать правильные политические решения.

Здесь свою роль должны бы были сыграть историки, но мы знаем, что в Советском Союзе существовала довольно сложно устроенная политика и организация науки. Частью этой политики являлось то, что люди, специализирующиеся на истории некоего региона, защищали диссертации в этих регионах или же затем переезжали в эти регионы. На территории России не очень много специалистов по другим регионам. В этом смысле большую, просто прецедентную роль сыграло формирование по инициативе Ефима Иосифовича Центра изучения постсоветских государств, сначала в МГУ, затем в РГГУ. Возникли соответствующие структуры в Петербургском университете, постепенно начинается интерес к этой тематике и в других учебных заведениях, появляются подобные центры и в академических структурах, однако эта тематика явно не является традиционной, специалистов по ней мало, но при этом они оказываются востребованными.

Хотя, возможно, не самым лучшим образом востребованными, потому что появление исторической политики имеет непосредственным следствием возникновение исторических войн. Как только мы имеем обоснование существования государства через противопоставление другому государству, правительство этого другого государства, интеллектуалы этого другого государства начинают пытаться обосновывать что-то обратное. Мы столкнулись с этими ситуациями, мы помним создание Комиссии по борьбе с фальсификациями истории в ущерб интересам России. Здесь возникает вопрос о том, кем собственно быть историку. Быть ли ему подносящим снаряды на этих войнах или пытаться заниматься чем-то другим. Чем более простыми оказываются концепции, необходимые для интеллектуальной политики, тем в меньшей степени для их обоснования нужны специалисты, нужны историки. Пропагандой успешнее занимаются специалисты из других сфер. Историки нужны для другой цели.

Историки должны кроме внутринаучных задач – об этом я говорить не буду – определять познавательные функции истории. О социальных функциях истории. Я бы разделил их. Экспертная функция: помощь, экспертная оценка и поддержка в принятии решений для государственных структур, для бизнеса. И здесь изучение постсоветских проблем представляется крайне важным, потому что просто опираться на существующие концепции, будь то концепции перехода или постимперской истории, без нормального, полноценного исторического изучения хода истории в нашей стране было бы неумно. Без полноценной работы историка, без работы соответствующих аналитических центров эта поддержка осуществляться не может.

Есть вторая часть социальной функции истории – это такая «социальная терапия», то где история работает через медиа, через образовательные структуры, помогая сформировать гражданственность, помогая сформировать сознательность, мировоззрение и понимание мира в некоторой его множественности и сложности. В этой сфере очень могут помочь новые направления исторической науки, которые очень хорошо развиты в РГГУ. Например, антропологическая история, потому что очень часто наилучшим способом выяснения и снятия конфликтов, которые происходят при написании прошлого с разных сторон, является именно рассказ истории именно через человека, через его страдания, его сложности в принятии решений; и это интеллектуальная история и, в конце концов, история партий и политических движений, о которой сегодня говорил Ефим Иосифович.

Важно, мне кажется, избавиться от иллюзий и понимать, что общая история для стран, более не объединенных, является не предметом дружбы, а предметом конфликтов. Общая история нас разделяет, а не объединяет. И для того, чтобы это разделение уходило, очень важно развивать историю этих стран в нашей стране и вести аккуратный и внимательный диалог, не менее аккуратный, чем с коллегами из дальнего зарубежья, по этим вопросам.

Верно совершенно, что история, наше видение прошлого связаны с настоящим, нашей теперешней задачей. Но ничуть не менее верно, что образ будущего формируется исходя из понимания нашего прошлого, и здесь роль историка в строительстве будущего, на мой взгляд, очевидна.

Спасибо.

Безбородов А.Б.

Борис Семенович, спасибо Вам большое, и мы очень надеемся, что Вы продолжите сотрудничество с РГГУ в самых разных качествах.

Пивовар Е.И.

Особенно на информационных полях.

Безбородов А.Б.

Слово Наталии Ивановне Басовской, доктору исторических наук, профессору, директору Центра визуальной антропологии и эгоистории РГГУ. Все мы знаем, какую огромную работу проводит этот центр. Есть конкретные результаты. Это исторические проекты с конкретными выходами на студенческую среду, на преподавание. Пожалуйста.

Басовская Н.И.

Научно-образовательная программа «Визуальная антропология и эгоистория» разрабатывается с 2004 г. на базе отделения электронных ресурсов Центра довузовского образования РГГУ и учебно-научного Центра визуальной антропологии и эгоистории. К настоящему времени созданы видеомемуары нескольких ведущих профессоров РГГУ (В.В. Иванова, Г.С. Кнабе, А.Х. Бурганова, Е.И. Пивовара, В.К. Финна) (режиссер, оператор и автор монтажа – В.А. Рошаль).

Видеомемуары, записанные на DVD-дисках, представляют собой современный вид и особенный тип мемуарных источников, отражающих технологический контекст современности. Повествование о своей жизни, изложенные интеллектуалами-гуманитариями, отчетливо вписываются в историко-культурный контекст XX – начала XXI в. Они могут также рассматриваться как вид устной истории, имеющей растущее значение в современном образовательном и исследовательском процессах.

В культурно-антропологическом дискурсе нашей эпохи огромное значение для гуманитарного знания, как в процессе исследования, так и в содержании обучения, имеет возможность непосредственного восприятия информации, передаваемой носителями высокого интеллектуального уровня. Рассказывая о своей биографии, ведущие профессора РГГУ выполняют не только эту непосредственную задачу (в сущности, создавая эгоисторию высокого интеллектуального уровня), но и воссоздают, а также анализируют историко-культурные реалии отечественной истории XX в.

В упомянутых видеомемуарах В.В. Иванова, Г.С. Кнабе, А.Х. Бурганова, Е.И. Пивовара и В.К. Финна представлено широкое полотно отечественной истории с 20-х до 90-х гг. XX в. Сквозь призму их личного взгляда и восприятия действительности глубоко и объемно раскрываются сложная и противоречивая история России в XX в.

Подробное повествование Вячеслава Всеволодовича Иванова, одного из крупнейших современных ученых-гуманитариев, о судьбе его семьи и его личной биографии выходит далеко за пределы заявленного жанра. Фактически В.В. Иванов представил в своих видеомемуарах картину развития отечественной культуры в 30 – начале 90-х гг. XX в. Начав со своих детских впечатлений о встречах с М. Горьким, он вводит зрителей и слушателей в круг советской писательской элиты (отсюда название DVD-диска «Мы были странным исключением» – фраза В.В. Иванова). Современным молодым людям трудно представить духовную атмосферу сталинского тоталитаризма, подавлявшего любые проявления вольнодумства и в то же время делавшего те самые «странные исключения», целенаправленно или интуитивно сохраняя некие «звезды» на неизбежно тусклом культурном небосклоне мрачного политического режима.

В.В. Иванов, например, подчеркнуто сдержанно рассказывает о писательской судьбе своего отца писателя и поэта Всеволода Иванова, которому начинающий «вождь народов» предлагал «дружить», но только по своим правилам и в предложенных рамках. Ответное проявление недостатка подобострастия со стороны писателя могло стоить ему жизни, но почему-то обошлось писательской немотой… Непостижима подчас воля и прихоть тирана.

Тот факт, что современные студенты и все заинтересованные люди могут видеть и слышать подлинный рассказ очевидца событий почти столетней давности, знаменитого ученого, чья лексика безупречна и выразительна, придает особую ценность данному историческому источнику.

Видеомемуары замечательного филолога, историка и культуролога Георгия Степановича Кнабе «Слышать шепот времени» (тоже фраза автора видеомемуаров) посвящены теме истории культуры 20–40-х гг. XX в., рассмотренной сквозь призму истории московского Арбата, где в эти годы жил Г.С. Кнабе. Это не только рассказ о культуре, это и фильм об Арбате во всей его физической и духовной красоте, передаваемой ярким её носителем, ккаким был недавно ушедший из жизни Георгий Степанович. Отчетливо выраженное «арбатство» автора видеомемуаров сопоставимо с духом и тональностью творчества Булата Окуджавы, дополняя художественное видение поэта аналитическими наблюдениями и рефлексией ученого.

Один из ветеранов профессуры РГГУ Агдаз Хусаинович Бурганов представил картину жизни 20–40-х гг. XX в., совсем не похожую на арбатское бытие московской интеллигенции. Выходец из далекой татарской деревни знал с детских лет и холод, и голод суровых ранних лет советской власти. Его вполне трудовую семью не обошли стороной сталинские репрессии. Сам рассказчик едва не попал под очередную «чистку», развернутую в тогдашней Средней Азии… против ветеринаров, которые, как замечает с горькой иронией А.Х. Бурганов, «вдруг все оказались врагами народа».

Ректор РГГУ Ефим Иосифович Пивовар посвятил свой рассказ о пережитом и проанализированном с позиций профессионального историка прошлом своему учителю, известному советскому историку Владимиру Зиновьевичу Дробижеву. Это повествование, названное фразой Е.И. Пивовара «Учительство рассчитано на вечность», вышло далеко за рамки заявленной темы. Помимо прекрасного портрета В.З. Дробижева в фильме присутствует выразительная картина развития советской исторической науки, многие представители которой смогли остаться учеными в тесной идеологической клетке своей эпохи. Кроме того (и это не второстепенно и не «дополнительно» к основной теме), Е.И. Пивовар сумел неназойливо, без прямой дидактической интонации преподнести коллегам и молодежи образец уважительного, глубокого нравственного отношения к рано ушедшему из жизни Учителю. В интонациях, лексике автора видеомемуаров, даже в выражении лица, акцентах, расставленных в речи, каждый мыслящий человек может прочесть манифест учительства как могучего фактора развития духовной культуры общества.

Видеомемуары профессора РГГУ Виктора Константиновича Финна, которые он назвал «Отказ от веры», – искренний, почти исповедальный рассказ о трансформации личности советского, даже «очень советского» молодого человека от искренней веры в навязанные ему идеологической машиной идеалы к сомнениям, а потом и сближению с диссидентской средой, отвергавшей эти «идеалы». С помощью описания многих эпизодов из собственной биографии В.К. Финн показал, как кажущиеся на первый взгляд незначительными проявления лжи в сочетании с явными и скрытыми угрозами со стороны власти меняли его мировоззрение и оценки окружающих людей и событий. В итоге, как замечает автор мемуаров, казавшееся многим трагедией событие – смерть Сталина – было воспринято бывшим искренним комсомольцем-ленинцем как знак будущих добрых перемен: «Стало легче дышать».

Я остановилась вкратце на некоторых особенностях научно-образовательной программы «Визуальная антропология и эгоистория». Начиная с этого учебного года она будет активно включена в учебный процесс в нашем университете, что несомненно поддержит свойственную РГГУ готовность к инновациям в обучении студентов-гуманитариев и одновременно – развитие восходящих к Историко-архивному институту традиций фундаментальной опоры на многообразную источниковедческую базу современного образования.

Безбородов А.Б.

Спасибо большое, Наталия Ивановна. Слово предоставляется Бабкину Михаилу Анатольевичу, доктору исторических наук, профессору кафедры истории России новейшего времени, координатору Интернет-портала РГГУ «Родная история». Тема доклада – «Интернет-портал РГГУ “Родная история”».

Бабкин М.А.

В год, предшествующий году российской истории, по инициативе ректора РГГУ, члена-корреспондента РАН, профессора Е.И. Пивовара в РГГУ был создан Интернет-портал «Родная история» (http://rodnaya-istoriya.ru).

Приказ о создании этого ресурса нашего университета был подписан 15 апреля 2011 г.

Основными целями портала являются:

– совершенствование системы исторического образования в РГГУ;

– развитие информационного сопровождения научно-образовательной деятельности РГГУ в области исторических наук;

– информационная поддержка историков РГГУ и продвижение их трудов, в том числе в СМИ;

– консолидация творческих сил историков и специалистов родственных специальностей РГГУ, членов Российского общества историков-архивистов, Союза краеведов России и в целом всех историков Российской Федерации;

– привлечение внимания общественности к современным проблемам исторических наук и российского образования;

– обеспечение лидирующих позиций РГГУ в области вузовского исторического образования.

Основные задачи портала «Родная история» таковы:

– аккумулирование, накопление, систематизация, хранение электронных научно-образовательных ресурсов из области исторических наук и вспомогательных исторических дисциплин, а также смежных с ними гуманитарных областей знаний;

– объединение творческого потенциала специалистов в области исторической науки в целях оперативного и объективного информирования российского и мирового сообщества о наиболее значимых событиях, происходящих в научном сообществе историков, архивистов, краеведов, документоведов, работников отделов рукописей музеев и библиотек, историков филологии, литературы, философии, психологии, историков искусства;

– обеспечение пользователей портала разных категорий информацией о проводимых и планируемых в РГГУ (и в сотрудничающих с ним организациях) мероприятиях в области научной и образовательной деятельности, в том числе о конференциях, семинарах, выставках, круглых столах и проч.;

– создание целостного позитивного образа РГГУ в стране и мире, представление информации о деятельности университета, учебном, научном и инновационном потенциале, международном сотрудничестве.

Все публикуемые материалы представлены на портале в виде крупных блоков. Это новостной, исследовательский, научно-образовательный и дружественных сайтов блоки. В каждом блоке – по несколько рубрик, всего же их на «Родной истории» 39.

За каждую рубрику приказом ректора РГГУ назначены ответственными соответствующие специалисты, которые отбирают материалы и после приведения их в соответствие с правилами оформления, высылают их программисту портала по электронному адресу: Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript .

Техническое сопровождение программно-аппаратного комплекса функционирования портала при содействии web-лаборатории РГГУ обеспечивает технический оператор и дизайнер – А.В. Надточенко (ФТАД).

В настоящее время активно идёт наполнение рубрик «Родной истории». И на сегодняшний день в качестве образцовой по структурированию и полноте представленного материала является рубрика «Вспомогательные и специальные исторические науки». Над ней работают профессора В.П. Козлов (член-корреспондент РАН) и В.И. Дурновцев, доценты Е.В. Пчелов и Ю.Э. Шустова. В качестве же образцовой по оформлению можно указать на рубрику «Новый исторический вестник» (ответственный – доцент С.В. Карпенко). В ней представлены статьи одноимённого научного журнала, издаваемого РГГУ, кафедрой истории России новейшего времени.

В организаторском плане коллективу портала постоянную помощь оказывает директор Историко-архивного института РГГУ профессор А.Б. Безбородов, за что его сердечно благодарим.

В год российской истории портал «Родная история» при содействии и участии соответствующих специалистов нашего университета должен стать видным научно-образовательным ресурсом российского Интернет-пространства.

Все историки РГГУ, а также коллеги, работающие в смежных областях (истории литературы, истории культуры, истории философии), приглашаются к участию в информационном наполнении научно-образовательного портала нашего университета «Родная история». По всем вопросам, связанным с работой Портала, обращайтесь ко мне, его координатору – Бабкину Михаилу Анатольевичу ( Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript ).

Пивовар Е.И.

Уважаемые коллеги, пользуясь случаем, сделаю сразу несколько комментариев. Видимо, мы должны: первое – подготовить некое распоряжение. Я попрошу проректора по науке, директора Института гуманитарного сопровождения общественных проектов Александра Борисовича Безбородова, деканов исторических факультетов сделать распоряжение, чтобы все, что производится в РГГУ, автоматически переходило на этот сайт: защита проходит – автореферат моментально вывешивается, как обязательное условие. Второе: мы попросим наш пресс-центр мониторить количество обращений к рубрикам и к сайту в целом. Третье: мы попросим, чтобы веб-лаборатория сделала новую рубрику в новостях РГГУ – историческую. Чтобы все, что выходит на главной странице, там тоже было, параллельно. И, наконец, видимо, нужно будет создать механизм мониторинга и отчетов тех, кто работает по каждой рубрике, на имя ректора – не для дополнительного контроля, а для систематичности работы. Я что хочу: если у нас получится эта часть, следующий этап – это создание в рамках этого портала учебного телевидения: показывать фильмы и т. п. Чтобы не только научная была продукция, но и научно-популярная. Это касается и экскурсионной работы, и др. Я хотел бы также зафиксировать портал в ВАК. Потому что Институт российской истории создал уже электронный журнал, и они его зафиксировали как ваковский. Мы в рамках этого портала тоже можем сделать какое-нибудь подразделение, которое будет помогать нам в этом отношении, ведь наш «Вестник РГГУ» не всегда успевает справляться. Более того, не только диссертанты должны публиковаться, но и члены Совета. Скоро это будет уже контролироваться жестко, и член Совета, который не будет публиковаться, не может быть членом Совета. Значит, нам нужно поле.

Наконец, вся эта моя риторика может быть адресована ко мне тоже, потому что самый плохой подсайт – это постсоветское пространство. Более того, есть несколько родственных сайтов и подсайтов, которые сами по себе существуют. Их тоже надо перебросить туда. Потому что любая информация, даже политологическая, как показали наши выпускники Мухин и Долгин, – это все равно источник. Хотя критика его необходима, тем не менее он есть. Это будет разная аудитория.

Я хочу сказать, что ни у кого такого продукта нет, можно похвалить себя. Но главное, чтобы не получилось так, что мы только хвалим себя, но нет результата дальнейшего. Так не надо.

И конечно, это касается всех продуктов: и фотоматериалы, и видео-, аудиозаписи. Конечно, и научные работы, и учебные материалы.

И я надеюсь, этот портал решить еще одну задачу – координации между историками России, нашего университета между собой, потому что ее тоже пока нет.

Безбородов А.Б.

Спасибо большое, Ефим Иосифович. У меня предложение, чтобы работа над сайтом каким-то образом засчитывалась как часы научно-методической работы, потому что это работа огромная.

Пивовар Е.И.

Я согласен. Это совершенно бескорыстная деятельность, направленная на улучшение учебного процесса. Это учебно-методическая работа в новых условиях. Строго говоря, сейчас уже формы диалоговой работы со студентами в Интернете – одна из частей методической работы, это рутина. Ведь лечат врачи (не знаю, вылечивают ли) уже в Интернете. Я считаю, что это правильно. Это требует больших затрат времени, и это не лицо какой-то отдельной кафедры – это лицо университета. Если там будет материал некачественный, мы пострадаем очень сильно.

Безбородов А.Б.

Сергей Владимирович Карпенко обещал к 7 февраля сделать, исходя из своего журнала, образец того, как должна выглядеть рубрика. Зайдите, пожалуйста, на эту рубрику, посмотрите, как это должно быть сделано. Посмотрите, пожалуйста, на эту модель.

Каждый сотрудник, поступая на работу, заключает договор, и туда можно внести работу на сайте.

Слово Павленко Ольге Вячеславовне, руководителю отделения международных отношений и зарубежного регионоведения. «Учебно-научный проект “История международных отношений” в ИАИ РГГУ».

Павленко О.В.

Уважаемые коллеги, история международных отношений – это совершенно особая сфера исторических знаний. Произошло очень много новых методологических поворотов: в 1960-е гг., когда социология, социологические методы очень активно внедрялись в историческое сознание и исторические исследования; 1980-е гг., когда был невероятный ренессанс политических исследований, и историческая антропология дополнила историческое видение процессов прошлого. Но тем не менее – история международных отношений. Первая кафедра по истории международных отношений была создана в Германии в 1921 г., но до настоящего времени, какие бы мы ни взяли словари, сохраняется невероятный геополитический магнетизм в интерпретации международных процессов истории государств прошлого. По сути дела, история международных отношений развивается в двух параллельных областях. Одна, ключевая, главная, примат, который считается признанным везде, – история как дипломатическое историописание взаимоотношения кабинетов, высокой политики, которое вращается вокруг войны и мира, императивов господства и зависимости, иерархии в системе международных отношений. По сути, есть политика, но нет обществ. И, знаете, это характерно для всех школ международных отношений: и французской, где есть (конечно, под влиянием Школы Анналов) примат «коллективное бессознательное», но там есть и Ле Кост, геополитическая картография, которая перекрывает даже исследования ментальных структур; британская школа с ее невероятным интересом к документам по международным отношениям и очень интересными описаниями процессов расширения; американская школа, где самые острые были исторические дебаты: чт. е. история международных отношений, дипломатическое описание или история внутренних мотиваций. И до настоящего времени это сохраняет свою, безусловно, спорную сущность.

И мы, разрабатывая проект, апеллировали к опыту Историко-архивного института. Ведь действительно, Историко-архивный институт накопил огромную традицию системного исследования исторических процессов. Каждая кафедра, которая составляет опорную конструкцию Историко-архивного института, имеет огромный опыт в интерпретации и истории общества, и истории взаимодействия наций, государств и обществ в целом. Я никогда не забуду совершенно замечательный курс Сигурдта Оттовича Шмидта «Пушкин среди дипломатов», когда он с невероятным мастерством погружал студентов в атмосферу салонов дипломатов XIX в., Фикельмонов и др., и создавалась невероятная среда погружения, как Бродель говорил, «в потоки времени». И этот очень высокий потенциал Историко-архивного института дает возможность надеяться, что программа по истории международных отношений, которую мы задумали, будет способствовать синтезу, синтезу не только классической парадигмы дипломатического историописания, но и того, что в свое время Иммануил Валлерстайн или Джордж Модельски определили как «мир обществ», когда исследуются, социологические, культурологические, историко-психологические побудительные мотивы действий, система мотиваций каждого общества или мотивационные механизмы политики той или иной группы. Конечно, мы очень надеемся, что и ФИПП, факультет с блестящей исторической политологией, тоже поможет нам в формировании этой образовательной программы. Спасибо.

Безбородов А.Б.

Пчелов Евгений Владимирович, заведующий кафедрой вспомогательных и специальных исторических дисциплин, и Троицкий Юрий Львович, заместитель директора ИФИ по методической работе и историческому образованию. «Научно-образовательная программа “Родные корни”: некоторые итоги». Пожалуйста, Евгений Владимирович, слушаем Вас.

Пчелов Е.В.

Объявленный в 2012 г. год российской истории призван стать значимым событием не только с точки зрения повышения общественного интереса к историческому прошлому нашей страны, но и в контексте широкой и в то же время продуманной популяризации научного исторического знания. Цель её – формирование исторической культуры современного российского общества на научной основе в противовес огромному потоку псевдоисторических фантазий и спекуляций, буквально захлестнувшему книжный рынок и средства массовой информации и создающему искажённое представление и об истории России в целом, и о самой исторической науке как области свободных интерпретаций, зависящих от сиюминутной конъюнктуры и личной воли автора. Роль профессиональных историков-исследователей и педагогов в этом процессе чрезвычайно велика. Приобщение к историческому знанию, к истории своей Родины должно строиться на серьёзной основе исследовательского опыта и устоявшихся методов гуманитарных наук.

Одним из наиболее действенных путей осознания своей причастности к истории в целом, как и к истории конкретной страны, народа, культуры, цивилизации, для человека является обращение к своим родовым истокам. Генеалогия – древнейшая форма исторической памяти. Именно генеалогия формировала и формирует представление о неразрывности исторического процесса, о связи прошлого с настоящим и будущим, об историческом времени. Недаром генеалогическая культура существует в любом человеческом сообществе, даже если целостное представление о собственной истории в нём ещё не сформировалось. Индивид ощущает себя частью какого-то целого, и «первичным» целым для него всегда является семья и – шире – род. Семейная и родовая идентификация – следующая ступень после индивидуальной, и именно на ней строятся первичные общественные отношения. Само знание о предках, интерес к прошлому своей семьи присущи человеку как «существу общественному». Из всех исторических наук генеалогия наиболее антропологична, так как её объект – это сам человек в совокупности своих семейных и родовых связей. Генеалогия неотделима от самой психологии человека и будет актуальна всегда, пока существует человеческое общество.

Однако в истории России генеалогия и генеалогическая культура в XX в. имели непростую судьбу. Задача разрыва исторической преемственности, создания абсолютно нового общества и нового человека, поставленная пришедшими к власти в 1917 г. политическими силами, противоречила традиции сохранения семейной памяти, разрывала родственные связи, делала человека «свободным» от родовых и семейных «предрассудков», от того культурного фундамента, на котором зиждилось формирование личности в старой России. Негативному отношению к генеалогии как к науке немало способствовало представление о ней, как об области, якобы связанной исключительно с определёнными сословиями, подвергнувшимися в новых исторических условиях уничтожению. Всё это в совокупности привело к чудовищной деградации исторической памяти, разрыву исторической преемственности, фактическому исчезновению генеалогической культуры в обществе и, как следствие, отчуждению граждан России от истории своей страны, восприятию её не как своего, близкого, а как какого-то внешнего и по преимуществу негативного явления. Понятно, что в этой ситуации ни о каком ни то что патриотизме, но даже просто об уважительном отношении к историческому прошлому речь идти не может. Этим и пользуются псевдоисторические «интерпретаторы», морочащие голову широким массам и зачастую отрицающие историю как таковую. Выходом из этого тупикового положения может и должно стать возвращение осознания причастности граждан России к истории страны, её культуре, её прошлому. И генеалогия – один из самых действенных и эффективных инструментов для решения этой задачи.

В последние годы мы наблюдаем всплеск интереса к генеалогии в российском обществе. Это, безусловно, отрадное явление. Но в целом оно оказывается отданным на откуп всё тем же непрофессионалам. Пользуясь низким уровнем исторической культуры людей, их поверхностными и приблизительными историческими представлениями, многочисленные генеалогические фирмы ничтоже сумняшеся предлагают клиентам быстро и легко «восстановить» историю своего рода, составить «родословное древо». К слову сказать, даже это понятие, одно из важных, но малоактуальных ныне в генеалогической науке, столь широко употребляемое, понимается в этом контексте совершенно неверно, лишь демонстрируя в очередной раз отсутствие генеалогической культуры в обществе. Интернет буквально пестрит объявлениями: узнай историю своей фамилии, своей семьи, биографии своих предков за 5 минут. Рынок ищет простаков, которых легко и эффективно можно одурачить, заработав на этом немалые деньги. Между тем, настоящий генеалогический поиск – серьёзное дело, своего рода исследование, которое требует хотя бы минимальной подготовки, соответствующей информированности и консультирования со специалистом. Специалистов немного и наша задача их подготовить.

Работа в области собственной генеалогии и семейной истории, которую может провести любой человек, должна опираться на соответствующую научно-методическую базу. Нужно знать, как проводить такое исследование, собирать информацию, опрашивать родственников, составлять генеалогические схемы и росписи, в каких архивах и какие документы привлечь для работы, не говоря уже о том, что история семьи и генеалогия могут дать важный материал для многих других наук: антропонимии, т. е. истории имён и фамилий, исторической географии и демографии и т. д. Такая работа может включать сведения о традициях выбора имён и происхождении фамилий, их географии, миграциях, демографических данных, профессиональной занятости, социальных и культурных изменениях, важных для истории России XX – начала XXI в. Приобщение к истории своего рода, своих предков – это и приобщение к истории страны в целом, это – мощный фактор становления уважительного, патриотического восприятия своей Родины, понимания ценности культурного наследия народов, её составляющих.

В Российском государственном гуманитарном университете и в Историко-архивном институте накоплен большой опыт в области преподавания генеалогии и исследовательской работы. Достаточно сказать, что уже в 1930-х гг. в ИАИ началось преподавание генеалогии таким выдающимся учёным, как Н.П. Чулков. Позднее генеалогия не входила в курс вспомогательных исторических дисциплин, но изучению генеалогических источников уделялось большое внимание в рамках источниковедения. Такие имена преподавателей ИАИ, как С.Б. Веселовский, В.К. Лукомский, А.А. Зимин, В.Б. Кобрин, А.Л. Станиславский, вошли в золотой фонд источниковедения и вспомогательных исторических дисциплин, в том числе и генеалогии. Именно кафедра вспомогательных исторических дисциплин провела в 1989 г. первую в нашей стране научную конференцию по генеалогии, которая стала первой в череде ежегодных конференций кафедры. Был разработан курс генеалогии, программа которого опубликована. Теперь изучение и преподавание генеалогии в РГГУ выходит на новый этап.

Приказом ректора РГГУ Е.И. Пивовара, учитывая особую роль института семьи в жизни общества и государства, семейной истории и судьбы каждой личности как неотъемлемой и важной составляющей части истории страны и в соответствии с реализуемой в РГГУ концепцией нового гуманитарного образования, наш университет приступил к разработке и реализации общеуниверситетской научно-образовательной программы «Родные корни: генеалогия, устная и семейная история». В реализации этого проекта задействовано несколько структур РГГУ, одно из центральных мест среди которых принадлежит Высшей школе источниковедения, вспомогательных и специальных исторических дисциплин ИАИ РГГУ Кафедра вспомогательных и специальных исторических дисциплин разработала несколько учебных курсов по генеалогии, в том числе «Генеалогия и семейная история», «Родные корни: источники русской генеалогии», «Родные корни: реликвии семейной истории» и др., значительное место в которых отводится не только традиционным формам обучения, но и проведению индивидуальных консультаций, необходимых для качественной подготовки генеалогических работ студентов, невозможной в процессе лекционного или семинарского обучения, носящего по определению более «массовый» характер. На сайте кафедры сформирована электронная библиотека, пополняющаяся классическими трудами в области русской генеалогии, соответствующие материалы предоставляются и Интернет-порталу «Родная история», созданному в РГГУ.

Кафедра ведёт разработку учебно-методического пособия «Родные корни: генеалогия и история семьи», в котором будет изложена методика работы в области генеалогии и семейной истории, даны соответствующие рекомендации по сбору и анализу генеалогического материала, представлены примеры формирования генеалогических баз данных и оформления генеалогической информации. Пособие призвано стать основой самостоятельной работы студентов по составлению собственной родословной и поиску биографических и генеалогических сведений. Эта работа, вне всякого сомнения, будет иметь большое значение и с точки зрения приобщения студентов к истории своей страны, и с точки зрения научного анализа генеалогической и исторической информации, позволяющей наглядно показать особенности и пути исторического развития России в XX – начала XXI в.

Троицкий Ю.Л.

Профессиональная историография должна участвовать в широкой просветительской работе, адресованной всем слоям нашего общества и прежде всего молодежи. «Войны памяти», бушующие в Интернете, показывают не только актуальность исторических экскурсов, но и постоянное стремление к упрощению и прямым аналогиям прошлого и современности. Это прямой запрос к академической историографии: в какой мере корректны исторические параллели, которые, как указывал еще вождь народов, «весьма рискованны»?

Отсюда еще одна проблема: исторические мифы. Некоторые историки и идеологи считают мифотворчество даже полезным «в воспитательном отношении». Я бы сказал, что мифы неизбежны. Вот сейчас мы слышали о замечательной видеосерии, выполненной в Центре Н.И. Басовской. Наталия Ивановна говорила о том, что создается новый исторический источник для будущих историков. Однако можно сказать, что создается еще одна мифология, только персонального типа. И будущие историки должны подвергнуть сильной деконструкции этот материал, прежде чем начнут извлекать из него исторические факты.

Из этого следует необходимость специальной работы со школьниками и студентами по освоению различного инструмента понимания того, как устроен тот или иной текст, прежде чем использовать его в качестве источника наших знаний. Тем более это актуально в эпоху изощренных манипулятивных техник убеждения.

В последнее время наша маленькая исследовательская группа занимается проектированием и изготовлением мультимедийных образовательных продуктов по истории. Мы подготовили инновационный продукт «Моя история России», который адресован школьникам и студентам негуманитарных специальностей. На мой взгляд, упустив инициативу в международной гонке «компьютерного железа», мы вполне могли бы конкурировать в разработке современного контента, во всяком случае, в области образования.

Хотим мы того или нет, но если сейчас мы не будем готовить электронные пособия, мультимедийные учебники, различного рода образовательные материалы, мы отстанем уже необратимо. Бумажные учебники «выходят в тираж» уже в этом идиоматическом смысле.

Но здесь важно понимать, что речь идет не о том, чтобы оцифровать традиционные материалы, а о создании совершенно иной продукции, выполненной в иной логике, когда нужно мыслить не сносками, а ссылками, не страницами, но глубиной многоярусных отсылок. Это мышление по сути вариативно и противостоит любой тотальности, кроме тотальности знаков и символов.

Еще одна проблема, остро стоящая в области гуманитарного образования, – это проблема отчуждения обучаемого от материала, который предстоит освоить. Решать эту проблему, как мне кажется, можно тогда, когда обучение станет действительно диалогичным, признаком чего являются новые смыслы, которые появляются благодаря продуктивному общению разных людей. Этому соответствует и освоение участником учебного диалога авторской позиции, которая всегда ответственна и потому личностна. И это позиция не автора реферата, но автора собственной версии исторического сюжета.

Итак, нам необходимо осваивать Историю, обращенную к массам, не отдавая это на откуп публицистам, которые используют исторический материал в качестве аргумента для своих зачастую сомнительных конструкций, усиливая тем самым прочность шатких построек. «Бои за историю» должны вести в первую очередь историки.

Безбородов А.Б.

Спасибо. Слово предоставляется Козлову Владимиру Фотиевичу, кандидату исторических наук, профессору, руководителю отделения краеведения и историко-культурного туризма, завкафедрой региональной истории и краеведения. Тема доклада – «Экскурсионный клуб РГГУ».

Козлов В.Ф.

Спасибо. Уважаемые коллеги. У меня будет чисто информативное сообщение. Я благодарен за возможность сказать о нашем отделении, и не только о клубе. Дело в том, что Ефим Иосифович предложил нам создать Экскурсионный клуб РГГУ. Когда мы открываем год российской истории и говорим о социальной функции истории, одной из важнейших функций истории, вузовской истории в том числе, является популяризация исторических знаний разными способами и методами, и один из них – это, конечно, экскурсионный метод. Для нас сегодня важно, что 15 лет назад была создана кафедра региональной истории и краеведения, потом появилась вторая кафедра, отделение, два учебно-научных центра, и у нас накопился достаточно большой опыт историко-краеведческой работы. Многие преподаватели – уже квалифицированные экскурсоводы, и, можно сказать, РГГУ стал центром Союза краеведов, общероссийской общественной организации, Московского краеведческого общества. И очень важно, что у нас есть опыт студенческого экскурсионного бюро, которое возглавляет с 2003 г., Александра Геннадьевна Смирнова. И, конечно, благодаря инициативе Сигурда Оттовича Шмидта правительство Москвы предложило РГГУ большую программу – мы назвали ее «экскурсионный институт», – в рамках которой мы стали первым в Москве межвузовским центром подготовки студентов-экскурсоводов. Мы принимаем участие в программе «Родные корни», у нас издано 10 пособий для студентов, есть опыт написания путеводителей о Москве, о железных дорогах. Таким образом, о нас можно говорить как о центре экскурсионного дела в Москве. Конечно, Экскурсионный клуб назвать просто экскурсионным клубом было бы неправильно, потому что мы хотим сделать нечто большее, чем экскурсионное бюро, которых очень много в Москве, – конкуренция сильна. Но для нас важно, что в РГГУ сосредоточен очень большой опыт и проведения самых различных занятий с привлечением самых разных средств. Поэтому мы бы хотели, чтобы наш клуб, бюро, экскурсионное общество было нацелено не только на внешнее, но и на внутреннее, научное, учебное экскурсионное дело, т. е. чтобы контингентом, нашими экскурсантами были и студенты, и педагоги, и все специальности, которые у нас имеются, могли бы использовать экскурсионный клуб для того, чтобы подготовить эксклюзивную экскурсию, провести с помощью методиста экскурсионного клуба, возможностей, автобусов РГГУ, выпускников.

И это было бы очень важным, творческим, оригинальным продуктом нашего университета. Безусловно, здесь должна присутствовать и внешняя экскурсионная деятельность – собственно познавательная, для широкой общественности, то, из чего состоят сейчас, куда направлены большинство экскурсионных бюро Москвы. То есть типовые экскурсии, начиная с обзорных и заканчивая тематическими. Здесь очень важно все продумать: как организовать, заработать деньги, какой статус у нас будет, – но ключевым вопросом должно быть не просто обслуживание, даже эксклюзивное, наших занятий, наших студентов, но продолжение того, чем мы занимались, – подготовка кадров, научно-методическая работа, экскурсионный институт, издание маршрутов, сборников экскурсий, программ обучения. И таким образом мы могли бы привлечь многих желающих самим поработать, принять участие, провести экскурсию. Клуб предполагает постоянных участников. Подумайте, кто бы мог быть членом клуба. И я хочу напомнить, что наработанный нами потенциал, опыт, методика, кадры сделают этот клуб особым, эксклюзивным, творческим, но для этого надо и вложения, помещения, материальные средства, средства связи. А мы готовы возглавить это дело.

Безбородов А.Б.

Ирина Борисовна Антонова, кандидат педагогических наук, доцент кафедры теории и практики общественных связей ФИППа. «О проекте создания Международного Студенческого Клуба Дебатов: актуальность, цель, задачи, основания для реализации, приобретаемые умения, ресурсная база».

Антонова И.Б.

1. Актуальность. За последние два десятилетия произошли очевидные изменения в общественном сознании, которые привели к переосмыслению целей и задач в области науки и образования. Сегодня качественное образование современного специалиста невозможно без интенсивного развития информационной, исследовательской и коммуникативной культур познания. Кардинальные изменения претерпевает и сама познавательная культура, основным требованием к которой выступает не традиционная репродукция полученных в процессе обучения знаний, а создание нового знания и овладение речевыми практиками его реализации. Для достижения этих целей студенту требуется более высокий уровень функциональной компетентности, которая характеризуется свободой ориентирования в информационном поле, знанием множества точек зрения, умением выбирать и обосновывать свой выбор, искусством самостоятельного решения познавательных проблем средствами информации и коммуникации. С этой точки зрения перспективным представляется проект по созданию в Российском государственном гуманитарном университете Международного Студенческого Клуба Дебатов.

2. Цели и задачи проекта. Проект может рассматриваться в качестве перспективного дополнительного ресурса для освоения университетом новых образовательных технологий, одна из которых – обучение публичной речи и дебатам – выступает одновременно и как средство совершенствования умений и навыков в области иностранного языка (далее – ИЯ), и как форма публичной коммуникации на ИЯ, затрагивающая широкий круг проблемных вопросов социально-политической значимости. Клуб в этой связи может стать перспективной площадкой для развития у студентов в процессе обучения дебатам нового типа познавательной и коммуникативной культуры.

Очевидно, что в качестве средства публичной коммуникации (коей и являются дебаты) должен быть выбран английский язык как универсальный международный инструмент, знание которого открывает российским студентам путь к личностному и профессиональному росту внутри университета и за его пределами. Дополнительным основанием для такого выбора можно также считать возможность экстраполяции умений дебатировать (рассуждать, убеждать, критиковать и т. д.) в родной язык.

Еще одна цель предлагаемого проекта – сделать английский язык более привлекательным для наших студентов. Нельзя забывать, что обучение языку интерактивно по своей природе и достигает наибольшей эффективности тогда, когда преподаватель и студент равноправно (или почти равноправно) и равно активно участвуют в иноязычной коммуникации. Преподаватели ИЯ по своему опыту знают, как сложен процесс создания партнерских отношений на учебном занятии. Их созданию мешает целый ряд факторов, среди которых не на последнем месте стоит традиционное отношение преподавателя к студенту как к пассивному адресату. Ему преподаватель передает свои знания (а не навыки и умения!) о грамматике, лексике, структуре ИЯ, профессионально выполняя роль не только единственного их держателя и отправителя, но и высшей инстанции, изрекающей истину (в виде этого знания), которое студент должен принять (или отвергнуть), не имея права на критическое переосмысление или творческое восприятие. На площадке клуба можно было бы сломать до сих пор распространенные на некоторых занятиях по ИЯ ролевые функции преподавателя и студента, сделав их соучастниками единого процесса публичной коммуникации. Из авторитарного лидера и контролера, отслеживающего языковые и содержательные ошибки студентов, преподаватель – модератор дебатов – превращается в партнера и соавтора, вступая со студентами в полилог – одну из самых продуктивных речевых форм передачи знаний – и таким образом приобретая в их лице со-заинтересованных адресатов. Со-размышление и со-творчество, создаваемые на площадке клуба всеми участниками дебатов, не исключают ведущей роли преподавателя как коммуникативного лидера, который тем не менее умеет в нужный момент подавить в себе (понятное с профессиональной точки зрения) стремление к лидерству, делая его латентным и создавая у студентов самую прекрасную из всех педагогических иллюзий – иллюзию партнерства. Таким образом, дебаты, проводимые в клубе, могли бы стать новым этапом в освоении не только и не столько английского языка, сколько целого пространства кросскультурного коммуникативного взаимодействия между преподавателем и студентами.

И, наконец, факультативной целью предлагаемого проекта могло бы стать повышение репутационной и профессиональной привлекательности университета и создание предпосылок для более плодотворного сотрудничества РГГУ с теми зарубежными университетами, которые уже имеют ряд наработок в этой области (г. Будва, Черногория, г. Марибор, Словения).

3. Основания для реализации проекта. Концептуально-теоретическим ядром предлагаемого проекта является сложившаяся в части мировой образовательной культуры (США, Великобритания, Германия, Словения, Черногория) практика обучения публичной речи и дебатам (рабочий язык – английский) в рамках учебной программы или за ее пределами (в школе/клубе дебатов). Данное основание не предполагает полного копирования зарубежных методик. Даже самые прогрессивные из них могут быть восприняты российскими инструкторами и модераторами только как плацдарм для создания и освоения отечественных методик по обучению публичной речи, дебатам и другим формам публичной коммуникации. Только тогда подобная рецепция будет уместной и успешной.

Еще одним – дополнительным – основанием для реализации проекта являются теоретические, практические и методические разработки преподавателей ИЯ ряда подразделений РГГУ. Примером таких разработок можно считать (а) успешную практику участия студентов РГГУ в международных дебатных турнирах (г. Будва, Черногория) и (б) подготовку к изданию учебника по обучению публичной риторике и дебатам (автор – И.Б. Антонова).

4. Приобретаемые умения. Будучи более сложной (чем просто публичное выступление) педагогической технологией, дебаты требуют от преподавателя и студентов продолжительной (не менее двух семестров) временной подготовки и специальной методики, в результате проведения которой у студентов формируются разноуровневые умения:

– выразить свою точку зрения;

– доказать ее правильность;

– прокомментировать выступление противной стороны;

– критически отнестись к позиции противной стороны;

– корректно структурировать свое выступление, используя формальные и неформальные логические коннекторы;

– овладеть всем арсеналом презентационных навыков (голос, поза, интонация).

5. Ресурсная база для реализации предлагаемого проекта может складываться из следующих компонентов:

– частичное перераспределение учебной нагрузки преподавателей, занятых в проекте;

– внутренняя университетская грантовая поддержка;

– средства от реализации данного проекта как платной образовательной услуги.

Работа модератора дебатов, а тем более инструктора по овладению навыками публичной речи требует от преподавателя высочайшей профессиональной подготовки, которая кардинальным образом отличается от умения провести традиционное занятие по ИЯ. Переходя от императивного речевого давления на студента (отношения, выстроенные по типу «Я – Вы») к более сложным, но и более плодотворным со-творческим отношениям (по типу «Я – Мы»), преподаватель в процессе проведения дебатов учится обращаться к личности студента как к равноценному партнеру по общению. Если такая обращенность отсутствует, то речь студентов (как, впрочем, и речь преподавателя) теряет свою воздейственность. Будучи главной составляющей процесса дебатов, воздейственность способствует созданию на площадке клуба того сложного синтаксического целого, в котором каждый из участников (включая преподавателя) «играет своего партнера» и «образ аудитории» одновременно.

Безбородов А.Б.

Спасибо. Уважаемые коллеги, разрешите предоставить слово нашему гостю Андрею Наумовичу Иоффе, который очень долго и плотно сотрудничает с РГГУ в самых разных областях, в том числе по вопросам, касающимся единого государственного экзамена. Андрей Наумович Иоффе, доктор педагогических наук, кандидат исторических наук, вице-президент межрегиональной ассоциации «За гражданское образование». «Особенности преподавания истории в современной России». Андрей Наумович, Вам слово.

Иоффе А.Н.

Спасибо большое. Я постараюсь очень коротко, потому что многое было сказано. Хочу отметить, что я чувствую здесь себя немного как «свой среди чужих и чужой среди своих», но сегодня вы говорите больше о преподавании истории для историков, а я – то связующее звено, я больше работаю с учителями, поэтому моя задача – как донести преподавание истории для всех граждан России, и прежде всего для подрастающего поколения. Я хочу остановиться на нескольких деталях. Первое, по поводу современной истории России. Я именно об этом буду говорить. Вы получили книги фонда «Уроки 90-х», я связан с этим фондом. Планируется сходный Интернет-ресурс. Мое отношение к истории, современной особенно, – как к футбольному матчу, который еще не закончился. И мы начинаем его анализировать – хорошо, что мы начинаем его анализировать, – но когда мы говорим, давайте напишем адекватную историю, мы, которые вовлечены в этот процесс, мы адекватную историю все равно не напишем. Вспомним Петра I, как относились к нему современники, прошло сколько-то лет, и все изменилось, и к этому надо нормально относиться. Что мы можем сделать? С точки зрения историков я к вам обращаюсь. И что не хватает школе? Первое, чего школе не хватает сейчас, – это методологии понимания истории. Сейчас история во всех школьных учебниках понимается исключительно так: правитель приращивал территорию – это хорошее правление, правитель уменьшал территорию – это плохое правление. Если не было ничего, сохранялось – как решат. И пока это господствующая методология. Стоит обратить на это внимание.

И второе. Стоит обратить внимание на терминологию. Уже сегодня звучал термин «татаро-монгольское иго». Мне интересно было бы знать, как в Казани отреагировали. И я хочу сказать, что это все равно термин людей, которые жили в то время, когда «злой татарин»… А вообще – «ордынское иго» более правильно. Более современный пример: «война в Чечне». А многие чеченцы говорят: война кого с кем? А это у нас в стандартах есть: война в Чечне или Кавказская война. Когда была первая Кавказская война, понятно, это была еще не территория России, а теперь? Мы говорим «война в Чечне», и это устоявшийся термин. Уже становится устоявшимся.

На мой взгляд, с точки зрения содержания, сейчас очень важно понять, что история еще не закончилась, что матч не закончился, но подумать о методологии и терминологии сейчас очень важно в профессиональном сообществе историков.

С точки зрения методики. Все прекрасно, здесь много сказано. Я, пожалуй, добавлю несколько компонентов. Я всегда очень осторожно, как историк по первому образованию, отношусь к альтернативам и альтернативной истории. Но, что касается современной истории России, здесь это вполне нормально и хорошо работает. Есть книга Гайдара и Чубайса «Развилки новейшей истории России». Очень интересный взгляд, он не единственный, но с точки зрения методики – очень большой потенциал, в том числе использования альтернатив. Я не буду повторяться о музейной практике, о дебатах, об экскурсиях. Я хочу в общем сказать, что поддерживаю активные и интерактивные подходы. В школе это потихоньку меняется, хотя по-разному и сложно, только в высшем образовании лекция и семинар – это более устоявшиеся вещи, но работа в группах… Я не много имел практики работы со студентами, но когда я пытался организовать работу в группах, для студентов это было что-то уникальное и сложное. Полагаю, что в РГГУ над этим работают.

Последнее – насчет электронного образования, я думаю, что развивать его надо, но мы уже опаздываем, хотя тут оптимистично было сказано, что мы будем первыми. У американцев есть, например, игры по истории, когда человек может взять на себя роль того человека, который на «Мэйфрауэр» приплыл, место выбрать, предлагается ряд альтернатив, что ему построить. Что я хочу сказать… В принципе – это важно делать. Я не уверен, что завтра уже все учебники выйдут в тираж, и с техникой еще нам предстоит много работать, но тем не менее это – перспективное направление, о котором надо задуматься.

По поводу ценности. Я сказал о содержании, методике, теперь – ценность. Сказано было о воспитании. Я бы отметил, что воспитание в высших учебных заведениях – это уже несколько поздновато, но я вижу, что многие авторы РГГУ являются и авторами учебников, и я призываю вас на это обращать внимание и начинать воспитание со школы в том числе, чтобы ЕГЭ не был единственным измерителем и чтобы ЕГЭ стал немножко другим. Я вижу, что он меняется, и ЕГЭ будет идти в сторону не только набора фактов, но и умения отбирать информацию и ее анализировать.

Спасибо.

Безбородов А.Б.

Спасибо большое. Я бы с удовольствием хотел предоставить слово Сигурдту Оттовичу Шмидту, доктору исторических наук, профессору, действительному члену РАЕН, заведующему кафедрой москвоведения.

Шмидт С.О.

Я рад, что смог присутствовать на этом заседании, потому что здесь впервые столкнулись и объединились и преподаватели, и студенты. Может, и хорошо, что не все студенты выдержали, а то они могли бы думать, что у всех такой уровень мысли, как у того Всеволожского молодого человека, который доказывает нам, насколько не доходит современный уровень истории до близкой к Петербургу провинции. Это совершенно снимает многие результаты нашего совещания. Но мы будем говорить о наших внутренних делах. Я думаю, Юрий Львович правильно сакцентировал внимание Ефима Иосифовича на том, что история – это междисциплинарная наука. Это давняя мысль, с этим выступал Грановский еще. История и источник – это все, это и природа, и общество во всем его многообразии. Что это дает для объяснения исторических событий? Я продолжаю уже не первый год читать вводные лекции, которые, по существу, этому и посвящены. И это видно, что надо менять само преподавание истории. Выступавший передо мной методолог все же сделал акцент на том, на чем продолжает делать акцент. У нас сводят историю к государственно-политической истории, сводят к тому, что сделали и что удалось или не удалось сделать правительству. А так как государственно-политическая история – наиболее конъюнктурная сфера истории, отношение к которой меняется в зависимости от сегодняшнего дня и от наших установок, можно дойти до того, как молодой человек… В общем, это не вызывает доверия в обществе, ибо оценки настоящей науки должны быть устойчивы: дважды два – четыре, химический опыт приводит к таким-то результатам, растение растет столько дней, сколько сказано. А мы меняем. И это очень существенно. Поэтому мне кажется, что нужно в нашем преподавании, особенно в средней школе, посвящать основное внимание истории общества, изменениям производительных сил и производственных отношений. За столетие, а я прожил почти столетие, я вижу, насколько все изменилось. В период, когда я имел уже профессорское звание, а это было более сорока лет с небольшим, еще не было той современной технологии и тех возможностей, которые у нас есть. Наши дети, которые учатся в школе, не понимают, какие изменения произошли, – они на это не обращают внимание. Поэтому они доверяют фантазиям Фоменко, не понимая, что не могло быть создано античное культурное наследие в период возрождения, когда не было дорог, не было общения, не было света. Пусть они необразованны, и не понимают, что не могли изваять голый торс женщины на территории Греции, оккупированной Турцией, но они не представляют, что этих технологий не было. Поэтому, я думаю, очень хорошо, что возрождаются в нашем институте студенческие кружки, это хорошая традиция.

Но тут надо обращать внимание на то, что главное для нашего подхода профессионалов-историков к истории: не то, когда, где, что произошло, а откуда мы это знаем, насколько достоверны наши сведения, вся ли у нас имеется информация. Не было слова «политтехнология» во времена Геродота. Употреблялось слово фальсификация. Но это было субъективное суждение в каких-то интересах. Мы обязаны это проверять, и этому надо уделить внимание.

Я думаю, что очень важная тема сейчас – это история нашего института, история нашей местности. То, что делает Владимир Фотиевич Козлов в области краеведения, – это очень важно, потому что начать познавать мир нужно начинать с того, что нас окружает. Понятие «общее» и «особенное». Если сейчас у нас будут эти кружки, забытая история. Я слышал историю кружка, о котором говорили, и она уже была неточна, потому что очень большую роль в его создании сыграл Иван Архипович Кудрявцев, человек, который был заместителем директора института и привнес общественное сознание в работу кружка. Значит, нам нужно это изучать. Я призываю заниматься историей института. То, что делает Наталия Ивановна – это замечательное дело. Мне хочется в этой связи просто пожелать, чтобы у нас были запланированы, во-первых, информации о том хорошем, что делается. Эти предложения, которые внес наш ректор. Отчет о том, что делается. О том, что я знаю, я уже много лет связан с кафедрой краеведения. Там происходят ежемесячные встречи московские, а теперь всероссийские краеведческие. Происходят ежегодные конференции. Где об этом информация в РГГУ? Хоть бы раз, бывая в РГГУ, я прочел бы об этом информацию на этой стенке. Сами они не предоставляют информацию. Самому себя рекламировать – это сложно, у нас как-то не научились себя пиарить. Значит, нужно чтобы знали и это делали. Это будет равное отношение ко всему, что делается в институте. Поэтому я очень призываю, чтобы у нас как-то это было организовано. Историко-архивному институту уже за 80 лет, уже третий десяток пошел РГГУ. Давайте начнем, выработаем методику изучения истории самого РГГУ, выпускников РГГУ, тематики РГГУ. И последнее. Мы все-таки еще основа, т. е. то последнее, что осталось в РГГУ от Историко-архивного института, – документальная. Желательно, чтобы наши студенты писали дипломы на основании первоисточников, которые они открывают. Они почувствуют свои возможности для работы, они почувствуют, что они вносят что-то новое, они почувствуют, что ими интересуются те, кто знает больше их. Я много лет возглавляю оба конкурса школьных работ, и тот, в котором принимают наши участие, и знаю, как много значит для формирования личности вообще, вне зависимости от того, будет ли он этим заниматься или нет, приобщение к самостоятельной работе. Лучшие из этих школьных работ каждый год печатаются, потому что воспитание историей – оно воспитание всех. И у нас есть, последнее, что я хочу сказать, очень важная задача. Вы это прекрасно знаете, вы это испытали на себе сами: историю вы узнали не из исторических научных трудов – историю вы узнали из художественной литературы, из кинофильмов. Хорошо то, что делает Наталья Ивановна Басовская, но это телеканал «Культура», а основная телевизионная сеть этого, к сожалению, не допускает. И одна из наших задач, чтобы историки, имеющие профессиональное знание и профессиональную совесть, поставили одной из своих обязанностей показывать правдивую историю, которая зачастую искажается СМИ, и внушается такое неправильное знание истории, которое нам сегодня продемонстрировали в провинции. Москва – это Москва, а провинция – это большая часть, и это нас чрезвычайно настораживает и обязывает. Ну а молодежи я желаю просто творчески, радостно работать и чувствовать, что вы делаете полезное дело.

Басовская Н.И.

Одну фразу, реплику. Я должна сказать и молодежи, и всем присутствующим: многим не по зубам была антиисторическая школа Фоменко, и совершенно потрясающе точку на ней поставил лично Сигурдт Оттович. Есть сборник статей «Антиистория, написанная математиком», который я проштудировала тщательно и просто горжусь, что могу сказать «здравствуйте» человеку, который не теоретизирует, не рассылает реляций, а который научно, и неопровержимо, и отчетливо, и просто это сделал. Это удивительнейший пример, ведь труды Фоменко шли под «грифом» министерства, которое с тех пор не могу уважать, «рекомендовано в качестве учебника». И многие бросались, но точку поставил лично Сигурдт Оттович. Горжусь этим.

Безбородов А.Б.

Спасибо, Наталия Ивановна.

Коллеги, некоторые итоги мы подведем. Сигурд Оттович уже сделал это замечательно, я лишь несколько пунктов к его выступлению добавлю и что-то разовью. Конечно, мы, организуя сегодняшний круглый стол, не пытались сформировать какую-то целостную, законченную повестку дня с соответствующей иерархией. Это рабочая встреча, она должна была определить, наметить некоторые сильные стороны РГГУ, которые надо развивать. Если чего-то у нас нет, то мне лично, в рамках Института гуманитарного сопровождения общественных проектов, это поднять тяжело, невозможно. Это ваша задача. Свою задачу я вижу в том, чтобы показать и поддержать максимально то, что уже есть, то, где люди напряженно работают. Поддержать и развить – очень важно, я готов и дальше в этом направлении работать. Я считаю, что люди, которые остались до последней минуты работы этого круглого стола, делают очень много и для университета, и для исторической науки и исторического образования. В своей работе они осуществляют на практике то, о чем здесь уже не один оратор говорил, – общественную функцию истории и исторического образования и науки. История генетически такая, что она не может не нести этих функций, потому что у людей есть историческая память, она очень разная.

Говорю это потому, что и Андрей Наумович Иоффе, и его коллеги часто приглашали меня, и мы вместе участвовали в заседаниях российских круглый столов в самых разных регионах России. Вы знаете, там совсем другая история, которая не дает никаких оснований говорить о том, что в России есть единая история государства и общества. Отнюдь. Есть история Татарстана, есть история Башкирии, есть история других регионов, а целой пока не вырисовывается. Что мешает? Нет должной глубины, нет архивов, позволяющих, в частности, исследовать по-настоящему советский период. Отсюда много разговоров, звучавших и сегодня, о том, как написать полноценную историю СССР и КПСС, между прочим, тоже. Вы, наверное, обратили внимание, насколько это актуально сегодня для нашей молодежи. Хочу сказать, что это второе, что вырисовывается очень ярко и четко как результат сегодняшней встречи.

Третье – это, конечно, придание должного звучания профессионального мультимедийной продукции. О «Родной истории» здесь много говорилось под разными углами зрения. По большому счету, все это надо перестраивать. Эту работу мы ведем кустарно, а вести ее должны профессионалы, они должны быть освобождены от остальной работы, а иначе – это путь в никуда. Я думаю, что очень важно профессионализировать это дело, придавать этому Интернет-порталу должный поворот и ракурс. То, что говорил сегодня Юрий Львович, меня очень заинтересовало. Университет еще недавно был силен подобного рода изысканиями, и то, что мы это в последнее время упустили из поля нашего зрения, – это совершенно неправильно. Давайте примыкающую к Интернет-порталу учебно-методическую работу организуем.

Мы впервые за долгие годы хотели историческому образованию ракурс международного звучания придать, и наши коллеги-международники попытались удачно это сделать. Другое дело, что это самостоятельные темы для изучения и для работы со студентами. Я много раз обращал внимание, что студенческий постоянно действующий круглый стол «Модель ООН» меня чрезвычайно привлекает, и в рамках его мы могли бы, например, ставить многие вопросы по истории международных отношений. ООН работает в этом направлении, и интересно, как студенты на это отреагируют. Ведь на Большом Востоке происходят судьбоносные для нашей страны процессы. Это было бы очень интересно. Это история современности. Я не говорю уже о том, что такая форма, как клуб дебатов, могла бы здесь очень серьезно пригодиться.

Мы обратили внимание, что некоторые вопросы, которыми всегда был силен ИАИ, остаются: вопросы краеведения, москвоведения, устной истории, кружковской работы. Мы сегодня пытались приподнять их на новый уровень, посмотреть с точки зрения в целом гуманитарного образования. Как это удалось, мы будем смотреть чуть позже. Но я хотел бы сказать, что то, о чем говорил Владимир Фотиевич, представляет абсолютную ценность. Мы соответствующие инициативы будем поддерживать и развивать, в том числе и по техническому переоснащению, финансовые ресурсы мы в ближайшем будущем отыщем.

Это очень важная проблема для исторического образования и науки, начиная от нашей заработной платы и заканчивая многими проектами, которые попросту являются дорогостоящими, в частности те, о которых говорил Юрий Львович Троицкий. У меня только за Ефимом Иосифовичем записано 5–7 поручений, которые надо реализовывать, но вместе. Мы можем предложить лишь какую-то организующую структуру. Очень многое будет осуществляться ИАИ, конечно же, ИФИ, ИЭУП и всеми желающими. Это очень серьезные поручения, не однодневные, на весь год. Подозреваю, что год российской истории для нас будет годом не повышенных обязательств, но напряженной работы, просто трудовых будней, и сегодняшний круглый стол это показал.

Сердечная благодарность вам всем за то, что вы слушали и дискутировали. До новых встреч в год российской истории, всего вам доброго.

 
 

Конференции.
Круглые столы.
Выставки. Презентации
Международный научный симпозиум «Социально-экономическое развитие бывших регионов Российской империи в ХІХ – начале ХХ в.»

Проведение симпозиума запланировано 3–6 апреля 2014 г. в г. Ялта

 
2-я Всероссийская научно-практическая конференция «Сохранение электронной информации в России»
5 декабря 2013 г. в Москве при поддержке Министерства культуры Российской Федерации состоится
 
Олимпиады по истории

Олимпиада РГГУ для школьников 11-х классов

 



Вестник архивиста

Информационная система <<Архивы Российской академии наук>>

Для размещения материалов на сайте обращайтесь на электронную почту rodnaya.istoriya@gmail.com
© 2017 Родная история. Все права защищены.