Юрий Владимирович Манн | Учителя об учителях | «Учителя об учителях»

 

О проекте О проектеКонференции КонференцииКонтакты КонтактыДружественные сайты Дружественные сайтыКарта сайта
Главная «Учителя об учителях» Юрий Владимирович Манн  
Юрий Владимирович Манн

Е.И. Самородницкая

Первое мое знакомство с Юрием Владимировичем Манном было заочным и состоялось за несколько лет до реальной встречи. Мой школьный учитель литературы, человек талантливый и резкий, не раз говорил, что во всем советском литературоведении есть только один приличный человек -  Юрий Владимирович Манн. И всегда добавлял, что истинному дару внешний блеск не требуется. Так я впервые услышала имя своего будущего научного руководителя…

Разумеется, все было совсем не так. За несколько лет до окончания школы я и представить себе не могла, что с 1992 года моим вторым домом станет историко-филологический факультет РГГУ, что мне доведется слушать блестящих лекторов и выдающихся ученых и что через некоторое время я смогу адресовать свои любимым учителям магическую фразу: «Уважаемые коллеги». Не было у меня никакого предчувствия. Был только пьянящий воздух свободы в начале 1990-х годов. И воплощением этой свободы для меня стал ист-фил.

С самых первых дней на факультете мы слушали первоклассных преподавателей: Галину Андреевну Белую и Алексея Матвеевича Зверева, Наталию Ивановну Басовскую и Георгия Степановича Кнабе, Арона Яковлевича Гуревича и Нину Сергеевну Павлову. И, конечно, Юрия Владимировича Манна. Студент первого курса – это человек молодой. И его, как сороку, более всего притягивает то, что блестит: яркий ораторский дар лектора, искрометный юмор, чарующее обаяние, лекция-представление, лекция-спектакль. Трудно себе представить, что первокурсник в состоянии расслышать тихий интеллигентный голос, толкующий о поэтике романтизма, и осознать, что этот голос принадлежит одному из крупнейших русских филологов. Ученому с мировым именем. И еще труднее осознать, в чем заключается феномен Юрия Владимировича Манна.

На первый взгляд, он – кабинетный ученый. Абсолютно интровертный тип лектора. Юрий Владимирович не стремится интриговать аудиторию, не играет с ней, не занимается саморекламой, не пытается привлечь как можно больше студентов в свой спецсеминар. И у слушателей складывается впечатление, что ему неважно, кто и как его слушает. Что их лектор – абсолютно самодостаточный человек. И у меня было такое впечатление, когда в 1993 году я впервые слушала курс «Истории русской литературы первой трети XIX века» в исполнении Юрия Владимировича Манна. Только сейчас, спустя пятнадцать лет, я понимаю, что самодостаточных лекторов, которых не интересует внимание аудитории, не бывает. Чтение лекции как спектакль: ты входишь в аудиторию и выкладываешься полностью, отдавая колоссальное количество энергии, но взамен ты впитываешь энергию своих слушателей. Их внимание и интерес – это то, ради чего ты работаешь. И если в процессе занятия затраченная тобой энергия преобразуется в какой-то новый уровень понимания, который стал доступен твоим слушателям, то все твои энергозатраты возвращаются сторицей. В сущности, я сама читаю лекции только ради этого ощущения чуда, когда мои слова преломляются в головах слушателей в некий новый уровень понимания. Но я всегда спрашиваю себя: а Юрий Владимирович? Для него тоже важно это ощущение чуда, которое происходит на каждой лекции?

Ответ кроется в слове «опыт». Не только профессиональный, преподавательский – жизненный опыт. И опыт говорит о том, что настоящее обучение происходит не в поточных аудиториях – живописных амфитеатрах, украшенных псевдоантичными статуями. Настоящее обучение камерно, индивидуально, и происходит оно в спецсеминаре. Пожалуй, именно в спецсеминаре я познакомилась с настоящим Юрием Владимировичем. До прихода в спецсеминар я слушала его лекции и читала его книги; я знала Манна-лектора и Манна-автора. Теперь я узнала, каков Манн-учитель.

Он очень суровый учитель. Жесткий и требовательный. Он читает тексты своих учеников как самый дотошный редактор, не пропуская ни одной опечатки, ни одной запятой. Когда он перечисляет тебе все твои стилистические огрехи, фактические неточности и сомнительные гипотезы, хочется провалиться сквозь землю. И думается, что нельзя быть таким суровым.

Можно и нужно – думаю я сегодня. Потому что главное, чему учит Манн, – это любовь к точности. Филология – точная наука. Она не терпит бездоказательных утверждений и болтовни. Всякая гипотеза должна подтверждаться фактами либо текстами. В противном случае она не имеет права на существование. И язык – материя точная; вольное обращение с ним недопустимо. Ученик Манна усвоили этот урок как никто другой.

Он учит не только писать, но и читать. Читать как художественные, так и научные тексты. Анализировать научную литературу: внимательно, вдумчиво, корректно. Учит спорить: аргументированно, уважительно, с достоинством. И, что труднее всего, – дистанцироваться от моды. Не сливаться в экстазе с каким бы то ни было ультрапопулярным направлением. А ведь это очень трудно: найти себя как профессионала, осознать собственную идентичность не в коллективе, а наедине с самим собой. Яркие, научно одаренные студенты, как правило, ищут какую-нибудь яркую научную школу. И лишь единицы понимают, что яркое, оригинальное направление – это не способ найти себя. Потому что направления сменяют друг друга и, в конце концов, уходят, а филология остается. (Можно было бы сказать иначе: «Манн остается», и это было бы абсолютно правильно, но, понимая, что Юрий Владимирович не одобрит подобный тон, оставим все как есть). Остается то, что составляет сущность филологии: чтение, публикация и комментирование текстов. Именно этим и занимается Юрий Владимирович Манн.

А еще он удивительно умеет рассказывать: ярко, остроумно, увлекательно. И это новая грань Манна-учителя, недоступная в жанре поточной лекции: Манн как человек своего времени, знакомый с Любимовым и Эфросом, существовавший в центре культурной жизни и умудрявшийся делать свое дело, несмотря ни на что, обходясь каким-то образом без советской идеологии и без ритуальных реверансов в ее сторону. Как ему это удавалось? Почему его печатали? Как могли не распознать в нем идеологически чуждый элемент, а точнее, чуждый всякой идеологии? На мой взгляд, этот вполне органичный парадокс советской системы, которой была присуща изрядная доля абсурда. Случай Манна – это случай недемонстративного противостояния системе, противостояния самим фактом своего существования.

Каждый год Юрий Владимирович читает второму курсу ист-фила лекцию о «южных» поэмах А.С.Пушкина. Анализируя поэму «Кавказский пленник», он объясняет студентам, как многозначен в этом произведении мотив свободы. Если в начале поэмы герой представляет себе свободу как противоположность светским условностям и фальшивому жизненному укладу, то впоследствии, оказавшись на Кавказе, в плену у черкесов, он осознает истинный смысл понятия свободы: свобода как противоположность рабству. Именно такая свобода приходит на ум, когда думаешь о Юрии Владимировиче Манне. «Никому отчета не давать, себе лишь самому…» - это ли не дар, о котором можно только мечтать? Юрий Владимирович этим даром наделен, вне всякого сомнения.

Нас всех в детстве спрашивали, на кого мы хотим быть похожими. Помню, что мои одноклассники отвечали, как полагалось: кто на Гайдара хотел быть похожим, кто на Ленина, кто на Александра Матросова. А я заявила, что хочу быть похожей на свою маму. За последние двадцать с лишним лет мой список не сильно расширился. Однако совершенно очевидно, что Юрий Владимирович занимает в нем важнейшее место. И это понятно. Манн – эталон во всем: и в профессии, и в жизни. Выдающийся ученый, талантливый автор, тонкий стилист, человек, великолепно чувствующий и язык и литературу, прекрасный преподаватель, требовательный и в то же время деликатный научный руководитель, знающий, когда нужно проявить строгость и когда, наоборот, не мешать, в высшей степени порядочный и достойный человек. Я полностью отдаю себе отчет в том, что окончательно сбиваюсь на панегирическую тональность, но, когда ученик говорит об учителе, иначе и быть не может. Я могла бы эгоистически завершить свой текст словами о том, что мне повезло, что я училась у Юрия Владимировича. Но я скажу иначе. Нам всем повезло, что он есть. Юрий Владимирович, огромное Вам спасибо! За все.

 
 

Конференции.
Круглые столы.
Выставки. Презентации
Международный научный симпозиум «Социально-экономическое развитие бывших регионов Российской империи в ХІХ – начале ХХ в.»

Проведение симпозиума запланировано 3–6 апреля 2014 г. в г. Ялта

 
2-я Всероссийская научно-практическая конференция «Сохранение электронной информации в России»
5 декабря 2013 г. в Москве при поддержке Министерства культуры Российской Федерации состоится
 
Олимпиады по истории

Олимпиада РГГУ для школьников 11-х классов

 



Вестник архивиста

Информационная система <<Архивы Российской академии наук>>

Для размещения материалов на сайте обращайтесь на электронную почту rodnaya.istoriya@gmail.com
© 2017 Родная история. Все права защищены.