Изучение эпохи позднего русского Средневековья на рубеже XX–XXI вв.: основные тенденции и перспективы | Историография | Вспомогательные и специальные исторические науки

 

О проекте О проектеКонференции КонференцииКонтакты КонтактыДружественные сайты Дружественные сайтыКарта сайта
Главная Вспомогательные и специальные исторические науки Историография Изучение эпохи позднего русского Средневековья на рубеже XX–XXI вв.: основные тенденции и перспективы  
Изучение эпохи позднего русского Средневековья на рубеже XX–XXI вв.: основные тенденции и перспективы

А.С. Усачев (ФИПП РГГУ)

К числу важнейших задач историографии относится анализ современного состояния научного познания прошлого и подготовка прогноза относительно его перспектив в будущем. Это, в свою очередь, побуждает историографа задаться вопросом: каково современное состояние исторической науки и изучения той или иной проблемы (периода) прошлого и каким оно будет в будущем? Очевидно, что от способности историографа ставить и решать эти проблемы, по сути, и зависит, будет ли историография «практически» ориентированной специальной исторической дисциплиной, востребованной профессиональным сообществом в целом, или она останется уделом узкой касты историков исторического знания. Руководствуясь данным пониманием задач историографии, ниже мы и предпримем попытку анализа состояния и перспектив изучения русской истории эпохи позднего Средневековья, уделяя особое внимание XVI в.[1]

Рассматривая этот вопрос, особое внимание мы уделим анализу состава и тематики монографий, появившихся в 1990-е – 2000-е гг. Подобное ограничение источниковой базы диктуется двумя обстоятельствами. Во-первых, тотальных охват всех видов историографических источников – монографий, статей, материалов конференций, рецензий, публикаций источников и т. д. – попросту невозможен в рамках небольшой заметки. Во-вторых, общеизвестно, что именно монографии, а также крупные публикации источников, а не статьи, по сути, и определяют основные тенденции в гуманитарной науке. В ходе работы с привлекаемым историографическим материалом мы будет использовать как наблюдения коллег, так и свои собственные[2]. Для удобства изложения материала рассмотрим основные тенденции, характеризующие процесс изучения различных аспектов русской истории рассматриваемого периода – политическую историю, историю культуры и социально-экономическую историю.

Политическая история XVI в. в последние два десятилетия пользуется неизменным интересом у исследователей. При этом важно отметить, что рассмотрением эпохи Ивана Грозного (А.И. Филюшкин, Б.Н. Флоря), традиционно вызывающей интерес у историков, изучение политической истории не ограничивается. Вероятно, это обусловлено появлением значительного числа работ по соответствующей проблематике в 50–80-е гг. XX в. (труды С.Б. Веселовского, П.А. Садикова, И.И. Смирнова, И.И. Полосина, А.А. Зимина, С.О. Шмидта, Р.Г. Скрынникова, Д.Н. Альшица, В.Б. Кобрина). В рассматриваемое двадцатилетие были изучены аспекты, в меньшей степени исследованные в советский период – эпоха малолетства Ивана IV (М.М. Кром) и время правления Бориса Годунова (А.П. Павлов). Также большое внимание уделяется проблемам, связанным с изучением истории управления, – местничеству (Ю.М. Эскин) и приказной системе (К.В. Петров, Д.В. Лисейцев), а также особенностям управления окраинами (В.А. Аракчеев). А.И. Филюшкин особое внимание уделил титулатуре русских государей в XVI в. и в более раннее время.

Большой интерес в историографии традиционно вызывают проблемы внешней политики. Особое внимание исследователи сосредоточили на изучении взаимоотношений Русского государства в XVI в. со своими западными и южными соседями. Так, работы А.Л. Хорошкевич и А.В. Виноградова посвящены изучению русско-крымских отношений рубежа XV – XVI вв. и 50–70-х гг. XVI в. соответственно. В.В. Трепавлов особое внимание уделил характеру русско-ногайских отношений. В монографиях М.М. Крома и А.Л. Хорошкевич были рассмотрены главным образом отношения России с Польско-Литовским государством. Проблемам военной истории посвящена работа В.А. Волкова. В монографии Ю.В. Анхимюка специальное внимание было уделено источниковедческому изучению важнейшего вида источников по изучению назначений высших должностных лиц в армии – разрядных книг.

Пожалуй, наибольший интерес среди историков, занимающихся изучением XVI столетия, в последние годы вызывает история культуры. В значительной степени это было вызвано смещением акцентов в историографии с социально-экономической проблематики, превалировавшей в трудах по русской средневековой истории советского периода. Условно данные исследования можно разбить на две группы.

Первую составляют работы общего характера, посвященные характеристике либо русской средневековой культуры в целом, либо каких-либо ее крупных составляющих. К трудам подобного рода можно отмести монографии А.И. Алексеева и Б.Г. Якеменко о русской эсхатологии данного периода, а также работу А.И. Плигузова о полемике иосифлян и нестяжателей в первой трети XVI в. Обобщающий характер носят книги А.Л. Юрганова, в которых рассматриваются ключевые составляющие русской средневековой культуры (ее «категории»), а также на агиографическом материале исследуется процесс перехода русской культуры от Средневековья к Новому времени. К этой же группе монографий можно отнести и работы А.Л. Хорошкевич и Н.А. Соболевой по государственной символике XVI в. К общим трудам по истории культуры примыкают исследования последних лет по церковной тематике (П.С. Стефановича, В.А. Колобкова и М.В. Корогодиной), которая, несомненно, переживает оживление интереса.

Вторую группу работ составляют источниковедческие труды, в которых сохраняется и даже усиливается заложенная еще в советский период тенденция к источниковедческому анализу отдельных памятников книжности этого времени. В рассматриваемое двадцатилетие появился целый ряд работ, в которых источниковедческому анализу были подвергнуты важнейшие памятники литературы этой поры: Стоглав (Е.Б. Емченко), Лицевой свод (А.А. Амосов, В.В. Морозов), Степенная книга (А.В. Сиренов, А.С. Усачев), сочинения А.М. Курбского (К.Ю. Ерусалимский), Иосифа Волоцкого (А.И. Алексеев), произведения, в которых формулируется идея «Москва – Третий Рим» (Н.В. Синицына), отдельные памятники литературы (главным образом, агиографической) (Б.М. Клосс), а также календарно-хронологические источники (А.А. Романова).

Изучение социально-экономической проблематики в последние два десятилетия столкнулось с наибольшими трудностями. Часть из них обусловлена демографическими причинами – в 1990-е – 2000-е гг. из жизни ушли ведущие специалисты по данной проблематике: А.Л. Шапиро, Е.И. Колычева, Н.А. Горская, А.Г. Маньков, Л.В. Милов. Разрыв в поколениях исследователей, характерный для всей медиевистики в целом, на изучение данной проблематики оказывает наибольшее влияние. Так, можно привести примеры ряда монографий, написанных представителями среднего поколения исследователей (в частности, М.С. Черкасовой и З.В. Дмитриевой). Нельзя не заметить, что ученики ведущих специалистов по данной тематике начинают проявлять интерес уже к иной проблематике или «уходят» в другие периоды. К числу исключений из этого правила можно отнести монографии ученицы С.М. Каштанова Л.А. Кириченко и ученика Ю.Г.Алексеева С.В. Стрельникова. Представители старшего поколения исследователей проблем социально-экономической истории, продолжая уделять им внимание (в частности, основному виду источников по данной проблематике – актам), в последние годы все более явственно проявляют интерес к другим аспектам прошлого – в частности, к проблемам, связанным с изучением рукописной книги и внешней политики.

В контексте вышесказанного далеко не случайным представляется призыв одного из крупнейших специалистов по русскому Средневековью – В.А. Кучкина – уделять бóльшее внимание публикации материалов по социально-экономической истории на страницах журнала «Древняя Русь. Вопросы медиевистики», одного из самых авторитетных современных изданий по русской истории эпохи Средневековья[3].

На общем фоне снижения интереса к социально-экономической проблематике несколько неожиданным выглядит активная публикация важнейших источников по соответствующей проблематике: актов, издания которых, по сути, продолжают фундаментальные серии публикации советского времени («Акты социально-экономической истории Северо-Восточной Руси конца XIV – начала XVI вв.», «Акты феодального землевладения и хозяйства XIV–XVI веков») и писцовых книг. Эти публикации, без сомнения, готовят источниковую базу для новых специалистов по социально-экономической истории. Весь вопрос состоит только в том, появятся ли они в ближайшие годы.

Таким образом, даже на общем фоне негативных тенденций в науке, связанных с резкой сменой поколений, особо остро ощущаемой в медиевистике, перспективы изучения социально-экономической истории выглядят не слишком обнадеживающими. Очевидно, что ситуацию могут исправить лишь долгосрочные меры по подготовке специалистов по соответствующей проблематике. Однако даже в случае их принятия очевидно, что исследовательских «прорывов» в области социально-экономической истории России XVI в. в ближайшие годы, а, возможно, и десятилетия ожидать не приходится.

Подводя итоги анализа представленного выше материала, можно зафиксировать, по крайней мере, две тенденции, которые в ближайшие годы (а, возможно, и десятилетия) будут определять процесс изучения русской истории эпохи позднего Средневековья:

1. Сохранение относительно стабильно высокого уровня интереса к политической истории и истории культуры (главным образом, к изучению мировоззрения представителей интеллектуальной и политической элиты).

2. Неизбежное угасание внимания к социально-экономической проблематике при сохранении тенденции к введению в научный оборот соответствующего источникового материала. В отдаленной перспективе это, по-видимому, создаст условия для значительного роста числа исследований в этой области.

 

Опубликовано: Усачев А.С. Изучение эпохи позднего русского Средневековья на рубеже XX–XXI вв.: основные тенденции и перспективы // Будущее нашего прошлого: мат. науч. конф. Москва, 15–16 июня 2011 г. / отв. ред. А.П. Логунов; Рос. гос. гуманит. ун-т, Фак-т истории, политологии и права, Каф. истории и теории ист. науки. М., 2011. C. 257–262.


[1]О хронологических рамках периода «русского Средневековья» подробнее см.: Горский А.А. «Средневековье» русское и «Средневековье» европейское // Средние века. М., 2009. Вып. 70 (1–2). С. 69–71.

[2]См.: Усачев А.С. Longue duréе российской историографии // Общественные науки и современность. 2002. № 2. С. 102–113; Он же. Основные тенденции в изучении памятников древнерусской книжности в XX–XXI вв.: предварительные замечания // Историография источниковедения и вспомогательных исторических дисциплин: мат. XXII междунар. науч. конф. Москва, 28–30 января 2010 г. М., 2010. С. 378–381; Алексеев А.И. Санкт-Петербургская и московская школы в исторической науке о русском средневековье // Региональные школы русской историографии: [сб. ст.]. Budapest, 2007. С. 33–44; Петров К.В. Петербургские научные школы по изучению истории феодальной России в постсоветский период: современное состояние и перспективы // Историография. Источниковедение. История России. (X–XX вв.): сб. ст. в честь Сергея Николаевича Кистерева. М., 2008. С. 539–564.

[3]Цит. по: Усачев А.С. Юбилейное заседание в Российской академии наук // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2010. № 4 (42). С. 121.

 
 

Конференции.
Круглые столы.
Выставки. Презентации
Международный научный симпозиум «Социально-экономическое развитие бывших регионов Российской империи в ХІХ – начале ХХ в.»

Проведение симпозиума запланировано 3–6 апреля 2014 г. в г. Ялта

 
2-я Всероссийская научно-практическая конференция «Сохранение электронной информации в России»
5 декабря 2013 г. в Москве при поддержке Министерства культуры Российской Федерации состоится
 
Олимпиады по истории

Олимпиада РГГУ для школьников 11-х классов

 



Вестник архивиста

Информационная система <<Архивы Российской академии наук>>

Для размещения материалов на сайте обращайтесь на электронную почту rodnaya.istoriya@gmail.com
© 2017 Родная история. Все права защищены.